Книга Искушение для ректора, страница 17 – Наталья Гордеевская

Все документы оказались в полнейшем беспорядке, поэтому пришлось раскладывать все папки по алфавиту и аккуратно складывать в коробки.

Несколько раз заглядывала Кларисса, уговаривая пойти на обед, а потом просто выпить чаю с булочками, но я отказывалась, чтобы не тратить время.

Разобрав таким образом всего три стеллажа, я валилась с ног от усталости.

Присев на маленькую табуретку, я с тоской смотрела на оставшиеся заваленные полки с папками. Тут что, никогда порядка и не было?

Мне не меньше недели понадобится, чтобы хоть как-то упорядочить все документы.  Хотя, так даже и лучше.

Не буду видеть противного Герберта с его грязными намеками и ректора, у которого настроение меняется со скоростью флюгера.

Из-за не до конца прикрытой двери архива послышались тяжелые шаги и едва слышное бормотание.  Через секунду в помещение вошел Герберт, брезгливо поджимая руки, как будто боясь прикоснуться к чему-то грязному.

- Отдыхаете, госпожа помощник секретаря? – фальшиво-ласковым голосом пропел он. – Господин ректор просил проверить, как вы тут.

Я встала и показала рукой на разобранные стеллажи:

- Часть готова, но…  - я чуть осеклась. – Тут работы не на один день. Так что передайте господину ректору, что потребуется не меньше недели, чтобы все разложить по местам.

- О, что вы! – Герберт растянул губы в улыбке. – Он просит вас зайти к нему в кабинет вдевять часов вечера. Так вы все ему сами и передадите.

Я посмотрела на него с подозрением. Какой-то он странный тип: то набрасывается с обвинениями, то делает вид, что все в порядке.

Я кивнула и спросила:

- А сейчас сколько времени?

Он достал карманные часы:

- Уже восемь часов вечера, вам следует поторопится, господин ректор очень не любит, когда опаздывают.

Ого, я просидела тут почти весь день! Хорошо бы успеть перекусить, я только сейчас почувствовала, что зверски проголодалась.

За следующий час я успела сбегать на кухню к Клариссе, где под ее сочувственные восклицания проглотила ужин, почти не жуя, поднялась к себе в комнату, переоделась в свое личное чистое платье, переплела растрепанную косу и ровно в девять вечера стояла под дверью кабинета ректора.

Сердце радостно колотилось в груди от предвкушения разговора с Кевином, я смело постучала в дверь и вошла, не дожидаясь приглашения.

Ректор сидел за своим столом, просматривая какие-то бумаги. Мягкий желтый свет лился из настольной лампы и придавал какую-то уютную атмосферу.

Я деликатно кашлянула, привлекая внимание хозяина кабинета. Ректор вскинул на меня голову и бесстрастно произнес:

- Присядь, мне нужно кое-что доделать.

Я присела на краешек стула и приготовилась ждать.

Ректор продолжал читать бумаги, делая в них пометки карандашом.

Он был все в той же черной водолазке, только сейчас выглядел не зловеще, каким казался мне утром, а собранным и сосредоточенным. Я и не заметила, как невольно им залюбовалась, но опомнившись, больно ущипнула себя за руку.

Наконец он оторвался от бумаг, кинул их куда-то на край стола и посмотрел на меня:

- Все, я весь твой! Итак, перед тем, как ты начнешь ворковать со своим ненаглядным, запомни: никаких подробностей о академии ты говорить не должна. Только по делу. У тебя десять минут.

С этими словами он достал из ящика стола небольшую хрустальную пластину, активировал ее касанием и передал мне.