Книга Душа на замену, страница 143 – Рада Теплинская

Но так же внезапно, как и началось, сотрясение прекратилось. Ярость в его глазах смягчилась, сменившись чем-то вроде отчаянного облегчения и даже проблеском необузданного желания. Его руки, которые были так жестоки в своей хватке, теперь обвились вокруг меня, заключив в крепкие объятия. Он склонил голову, и его губы завладели моими — жадный, обжигающий, совершенно страстный поцелуй, от которого у меня перехватило дыхание.

Это был вихрь ощущений. У меня перехватило дыхание от головокружительной смены эмоций: от ужаса к яростному облегчению, от гнева к сильному, непреодолимому желанию. Сама дерзость ситуации, адреналин, всё ещё бурлящий в моих венах, и опьяняющая близость его тела — такого мощного, такого моего, такого желанного — вызвали у меня слабость. У меня подкосились ноги, они стали ватными, и я почувствовала, как растворяюсь, таю в нём, как тёплое ванильное мороженое под жарким солнцем. Я больше не была сторонним наблюдателем; я полностью погрузилась в происходящее, инстинктивно обвила руками его шею и притянула его ещё ближе, нуждаясь в его надёжности, которая придавала мне сил.

В этом поцелуе время перестало существовать, превратившись в безвременный пузырь из необузданных эмоций и отчаянной связи. Я не знаю, как долго мы бы пробылив этом состоянии, потерянные для мира, если бы не нарочито весёлый, но в то же время явно многозначительный кашель рядом с нами. Низкий, глубокий голос, в котором едва сдерживается смех, разрушил чары.

— Только постарайся случайно не задушить её, братец мой дорогой', — промурлыкал Дар, и в его словах слышалась притворная забота. Затем он переключил внимание на меня и игриво спросил: — А ты, моя любимая, не хочешь ли ты чем-нибудь с нами поделиться?

Емрис небрежно прислонился к грубой каменной стене дома, скрестив руки на внушительной груди, и выглядел при этом непринуждённо и грациозно. На его губах играла медленная, совершенно довольная улыбка — смесь чистой радости и дразнящего предвкушения, от которой у меня затрепетало сердце. Эта улыбка была такой заразительной, такой тёплой и многообещающей, что меня охватило иррациональное желание просто обнять его, хотя от внезапной сухости в горле мне было трудно глотать.

Блейн, всё ещё не оправившийся от вихря эмоций, наконец оторвался от поцелуя. Его глаза были широко раскрыты и слегка расфокусированы. Он медленно моргнул, а затем перевёл на брата ошеломлённый, почти растерянный взгляд. Прошло мгновение, прежде чем он заговорил, и на его лице отразилось понимание.

— Не здесь, — выдавил он из себя. Его голос всё ещё был немного хриплым от волнения, но в нём звучала чёткая команда. Затем резким, решительным движением он подхватил меня на руки, как будто я ничего не весила, и снова прижал к груди. Он целеустремлённо зашагал к входу в дом. Мне ничего не оставалось, кроме как инстинктивно обнять его за шею и уткнуться лицом в тёплое плечо. Я рискнула оглянуться через его широкое плечо, чтобы убедиться, что Емрис с той же озорной, понимающей улыбкой на лице действительно следует за нами, словно молчаливая, забавляющаяся тень.

И вся эта горькая ирония! Как мне убедить этих двух собственников, которые всегда меня защищают, что я действительно собиралась рассказать им всё завтра? Что мой секрет — это не предательство, а просто вопрос времени? Даже пытаться было бесполезно.