Книга Моя ужасная квартирантка, страница 94 – Татьяна Бегоулова

Николь глазам своим не верила. Её опекун, уже в который раз, удивлял. О том ли Хорсаре, которого знала Николь, писала Миранда? Казалось, что речь идёт о совершенно другом Хорсаре Мирантелле — жестком, суровом, не склонном к сентиментальности.

Ночь давно воцарилась над замком Мирантелл, а Николь, зарывшись в подушки, читала дневник. Она и не замечала, что порой смаргивает слёзы, или на её лице появляется радостная улыбка. Николь полностью погрузилась в эмоции Миранды.

И вот последние страницы дневника. Миранда была в отчаянии. Её брат не слышал доводов. Не считался с чувствами Миранды. И она решилась на побег, чтобы быть вместе с возлюбленным и чтобы никто не смел разлучать их. В последних строчках, оставленных рукой Миранды, не было страха и сомнений. Напротив, она считала минуты до условленного часа. Внутри неё всё пело от скорой встречи с тем, с чьим именем она засыпала и просыпалась последние месяцы. И последняя фраза, торопливо и размашисто на всю страницу: «Я лечу к тебе, любимый!».

Дневник Миранды произвёл на Николь сильное впечатление. Она вскочила с места, не зная, что делать. Но ощущение, что нужно непременно предпринять какие-то действия, было настолько сильным, что Николь даже начало потряхивать от волнения. Какая-то мысль ускользала, тревожила и не давала успокоиться. То ли водоворот чувств, то ли наитие и предчувствие убеждали Николь, что нужно торопиться, иначе не успеешь. Но куда торопиться, куда бежать и что делать?

Может, стоит посоветоваться с Грегори? Она представила, как тормошит сонного Мирантелла, пытаясь рассказать ему про своё предчувствие, и вдруг успокоилась. Надо прийти в себя, чтобы не наломать дров. Вдох-выдох.

Итак, что мы имеем? Миранда собиралась сбежать с возлюбленным. Неизвестно, удалось ли ей совершить побег. Возможно, Хорсар пресёк попытку и в наказание запер сестру в пансионат. А если побег всё-таки удался, и трагической гибели Миранды на самом деле не было? Тогда Грегори снова прав и их странная гостья, скорее всего, именно Миранда. Больше некому. Именно на этой мысли Николь вновь ощутила желание куда-то бежать и что-то делать. Если это Миранда, и она несколько дней скрывалась в тайнике замка, голодая и замерзая, то значит, больше ей пойти было некуда? Она терпела лишения, но никуда не уходила.

И тут перед взором Николь всплыло воспоминание: склянка в промасленной бумаге в тайнике! Их гостья оставила свое целебное снадобье! Значит ли это, что она вернется в тайник, хотя бы для того, чтобы забрать лекарство? Ну или потому, что больше ей идти некуда.

Разумеется, сидеть в тайнике в засаде Николь не собиралась. Там не самые лучшие условия, да и сколько сидеть придётся неизвестно. Может, попытаться еще раз и оставить гостье письмо, в котором объяснить, что преследовать её никто не собирается? Ей же нужна помощь, так она, Николь, готова помочь. А взамен попросит лишь поделиться информацией! Да и просто помочь, без всяких условий, тоже готова. Она же не бесчувственная.

Вдохновленная этой мыслью, Николь уселась за стол и принялась писать очередное послание. В тщательно подобранные слова она вложила всю искренность, на которую была способна. А когда послание было готово, Николь стала собираться. Ну не в пеньюаре же ей идти в тайник.