Книга Моя ужасная квартирантка, страница 98 – Татьяна Бегоулова

Взгляд Николь остановился на дремлющем Грегори. Ему нужно отдохнуть. Но если она сейчас уйдет на поиски старика зельевара, а Грегори ляжет спать, кто же позаботится о гостье? Её нужно накормить бульоном, напоить микстурой, обтереть влажными полотенцами. Кому же доверить это поручение?

Николь спустилась в холл, где уже занял свое место дворецкий.

— Доброе утро, Хант. У меня есть важное поручение для одной из горничных. Для толковой и неболтливой горничной.

— Поручение, какого характера, госпожа Николь?

— Какого характера? — Николь на секунду задумалась, прикидывая, насколько она может доверять Ханту. Если дворецкий проработал в замке всю сознательную жизнь и Хорсар даже открыл ему расположение потайных ходов…

— Пойдемте, Хант. Увидите всё сами и решите.

Дворецкий безропотно поднялся за Николь на второй этаж. Она раскрыла дверь своей комнаты и указала на постель, в которой лежала гостья.

— Мне нужна горничная, которая знает, как ухаживать за тяжелобольными.

Хант посмотрел внимательно на бледное лицо тяжелобольной, перевёл взгляд на Николь. Ей показалось, что Хант выглядит удивленным, что бывает крайне редко для сдержанного на эмоции дворецкого.

— Что такое, Хант? Неужели во всем замке не найдётся толковой горничной? — Николь по-своему истолковала растерянность старого дворецкого. Тот словно очнулся, его лицо снова спряталось за маской бесстрастности.

— Не волнуйтесь, госпожа. Толковая горничная есть. Я сейчас же пришлю Глорию. Ей приходилось ранее ухаживать за престарелой родственницей, она справится.

— Благодарю вас, Хант. И предупредите Маниль, что сегодня в моей комнате убираться не нужно. Пусть приготовит комнату по-соседству.

Теперь можно отправляться к старику зельевару. Николь зачерпнула мерной ложечкой немного загадочного снадобья из склянки в промасленной бумаге и аккуратно поместила пробную порцию в круглый флакон из-под драже. Ну вот, теперь точно всё.

Всю дорогу до города и до торговой площади Николь мысленно молила про себя небеса, чтобы старик оказался на месте. Чтобы в этот утренний час он не бродил по городу в поисках своего кота Шарля, а сидел бы в своей лавке и занимался зельями.

И когда, пробравшись вдоль торговых рядов, она вышла к зельеварной лавке и увидела, что на двери нетзамка, а за витриной мелькает сутулая фигура старика, она изобразила благодарственный жест небесам, сложив молитвенно руки.

На звон дверного колокольчика старик выглянул из-за ширмы, за которой он готовил очередное снадобье. Увидев Николь, зельевар расплылся в приветственной улыбке:

— Доброе утро, госпожа. Я вас признал. Желаете еще бальзама от аллергической сыпи?

Николь торопливо кивнула, отвечая на приветствие:

— И вам доброе утро. Я к вам сегодня совершенно по-другому, но очень важному вопросу. Не могли бы вы меня проконсультировать по одному снадобью? Мой целитель посоветовал обратиться к толковому зельевару, и я сразу подумала о вас.

Старик польщено зарделся и, снимая с рук защитные перчатки, вышел из-за ширмы.

— Если смогу помочь, то с превеликим удовольствием, госпожа.

Николь достала из кармана накидки флакончик и, отвинтив крышку, протянула флакон старику:

— Вот. Не могли бы вы определить, от какой болезни помогает это снадобье.

Зельевар поднес флакончик ближе к глазам. Потом к носу. Затем скрылся за ширмой, и часть пробы размазал по стеклянной подставке, вглядываясь в то, что получилось. Когда он вновь вышел к Николь, её сердце ухнуло вниз — старик выглядел растерянным. Неужели и он не знает, что это?