Книга Больше не кукла, страница 117 – Ольга Островская

− Моя Богиня, − склоняет голову Наксар. − Как вы себя чувствуете?

− Терпимо, − роняю сухо, стараясь не обращать внимания на то, с каким откровенным предвкушением он рассматривает моё обнажённое тело. − Скольковремени прошло?

− Вы пробыли в регенерационной капсуле около суток. И перед этим ещё около полутора суток длилась операция.

Тогда понятно, почему я так голодна. И пить хочу.

− Каковы результаты? – спрашиваю, кое-как заставляя себя принять сидячее положение. Вроде бы ничего не болит, но ощущаю я себя вялой и слабой. Возможно из-за голода.

− А вы не чувствуете? – уточняет Наксар удивлённо, дёргаясь ко мне всем телом и помогая сесть.

Ох. А должна? Наверное, да.

− Пока нет, − ограничиваюсь обтекаемым ответом.

− Что ж… − дагриец очаровательно улыбается. – Всё прошло замечательно. Организм и генотип вашего носителя действительно довольно восприимчивы к изменениям. Если позволите, я отнесу вас в ваши покои и по пути всё расскажу.

Не хочу я, чтобы он ко мне лишний раз прикасался. Но видимо придётся согласиться. Вряд ли Хамана соизволила бы на собственных заплетающихся ногах идти куда-то сразу после пробуждения.

Поэтому я с высокомерным видом киваю.

Поощрённый моим согласием, дагриец бережно подхватывает меня на руки и направляется прочь из стерильно белого медицинского помещения.

По пути он действительно обстоятельно посвящает меня во все подробности проведённой надо мной операции. И только моё вялое состояние позволяет мне сдержаться и не выдать себя, настолько потрясает меня этот рассказ. Усовершенствованна опорно-двигательный аппарат, улучшена репродуктивная система, внесены изменения на генном уровне, позволившие улучшить обмен веществ, гормональную систему, способность к регенерации и саморегуляции множества процессов, в несколько раз замедлен процесс старения и теперь это тело даже без постороннего, или богарского вмешательства сможет прожить не одно столетие. Ещё кучу всего по мелочам. Но при этом сохранён изначальный внешний вид.

После услышанного у меня остаётся только один вопрос, человек ли я ещё?

Естественно, озвучивать его Наксару я даже не пытаюсь. Вместо этого делаю вид, что пока ещё слишком слаба и, прикрыв глаза, прислоняю голову к его плечу. Мужчине это однозначно нравится, на тёмных тонких губах появляется самодовольная улыбка и руки вокруг меня сжимаются как-то слишком собственнически. Мне даже кажется, что я на ментальном уровне улавливаю его намерение добиться от меня более длительных отношений, чем те, которыеХамана ему обещала.

Ой, нет, «красивый мальчик». Ты меня не получишь ни временно, ни тем более постоянно.

Из медицинского крыла дворца семьи Ма мы попадаем в жилое. У меня была возможность воспринимать зрительные сигналы, но я анализировала их только через призму поиска маршрутов своего будущего побега. Сейчас же могу оценить и красоту этого архитектурного произведения искусства. Если подбирать земные ассоциации, то больше всего этот стиль напоминает мне о древнем Египте. Экзотично, красочно, красиво.

Однако сейчас у меня тоже нет возможности внимательно и в деталях всё рассматривать. Это выглядело бы подозрительно.

В конце концов Наксар приносит меня в роскошные покои, состоящие из множества смежных помещений, включая огромные купальни. Здесь Хамана жила всё то время, пока я пряталась на грани забытия. Дагриец сразу идёт в спальню и так же бережно, как поднимал, укладывает меня на кровать. Приседает рядом на корточки. Гладит кончиками пальцев внутреннюю часть моей руки.