Книга Их любимая кукла, страница 123 – Ольга Островская

Занятно, но именно этот случай и стал для меня тем настоящим пендалем, который заставил меня очень чётко увидеть, как сложится моя жизнь,если я немедленно не вырвусь из-под маминого контроля. Так что, за это Серёжке спасибо. Пусть секс с ним и не принёс мне ничего кроме боли и чувства неловкости, зато потом я нашла в себе силы изменить себя и свою жизнь.

А теперь моя жизнь и вовсе превратилась в научно-фантастический роман с эротическим уклоном. Возвращаться будет больно. Не телу. Сердцу. Как я буду существовать без этих двух невероятно притягательных, сексуальных, властных хвостатых?

− Тебя что-то тревож-шит? – Са-ард всё ещё лежит рядом, изменив своей привычке отстраняться от меня сразу после утреннего секса. Его большая ладонь покоится на моей груди, кончики пальцев лениво поглаживают чувствительную ареолу. А внимательный взгляд сосредоточен на моём лице.

− Не то чтобы. Просто мысли всякие в голову лезут, − дёргаю смущённо плечами. – Все эти видения, сны, мои, чужие… Порой я практически уверена, что схожу с ума. Иногда я даже задаюсь вопросом, а что если всё это вообще лишь плод моей фантазии. Вы, этот корабль, наше путешествие… Чарпатчхе, в конце концов. Она же капец какая странная. Что если я просто лежу где-то, а это всё мне снится?

Вместо того чтобы просто уверить, что я глупости говорю, Са-ард задумчиво сужает глаза.

− И часто тебе раньш-ш-ше такие детализированные сны снились?

Почему он спрашивает?

− Настолько детализированные никогда. Но вообще я в детстве нередко видела очень красочные и реалистичные сны. Порой настолько правдоподобные, что поутру не могла понять, где нахожусь.

− А с-с-себя с-с-со стороны видела? До того как попала в нашу куклу.

Моргнув, я открываю рот, чтобы сказать «нет», да так и замираю. В памяти внезапно, словно выуженное из самых дальних глубин сознания, вспыхивает давнее детское воспоминание. Настолько размытое, что я даже не сразу могу его ухватить. Кажется, мне тогда было лет семь, или восемь. И я, вроде как, легла спать. Но внезапно ощутила себя так, будто взлетаю. Прямо под потолок. Страшно мне не было. Наоборот я весело рассмеялась, кувыркнулась в воздухе. И вдруг увидела внизу себя. Спящую на кровати. Вот тут-то мне и стало страшно. Я подумала, что меня сейчас унесёт прочь, и я никогда не смогу вернуться.

Завизжав, я камнем рухнула вниз. В саму себя. Подорвалась с кровати, рыдая и крича. В комнатуворвалась мама. Я попыталась ей всё рассказать, но в ответ услышала, что всё это выдумки и просто сон. Утром я и сама в это поверила. Видимо, мозг так защищался. Кажется, со мной потом это ещё несколько раз случалось. Но каждый раз я убеждала себя, что это мне приснилось. И забывала.

Собственно, я и сейчас не уверена, что всё это было на самом деле, а не во снах. Или что это не возникло сейчас в моей голове в ответ на его вопрос.

− Что-то такое смутно припоминаю, − бормочу растерянно. – Но в детстве. А потом… я, наверное, поддалась маминым убеждениям и перестала думать о таких глупостях. Но, если честно, я не уверена, что эти воспоминания реальны.

− Если захочеш-ш-шь, мы можем проверить потом, реальны, или нет. Меня интересует ещё кое-что. Некоторые моменты, которые мне довелось увидеть в твоей памяти и твоя довольно острая реакция на выходку Чарпатчхе натолкнула меня на мысль, что с-с-со своей матерью ты сильно не ладиш-ш-шь, − спокойно замечает Са-ард.