Книга Их любимая кукла, страница 153 – Ольга Островская

− Нет, не одна, − усмехается… Хамана. Щурится заинтриговано. – Мне нравится, что ты меня больше не боишься.

− Ну почему же, боюсь, − пожимаю плечами. − Но после заключения в карцере любое общение кажется благом. Даже с собственной похитительницей. К тому же я прекраснопонимаю, что если бы ты хотела меня убить, то уже сделала бы это. Я тебе живая нужна.

− Верно, − кивает моя собеседница со странной улыбкой.

− Так всё же… Расскажешь о своей расе?

− Таких, как я, в большинстве вселенных почитают за богов, − улыбка Хаманы становится снисходительной и слегка высокомерной. – Посвящённые же называют нас богарами. Наш родной мир миллиарды лет назад был разрушен. Но мы способны создаём новые мира, рождать народы. Ну или разрушать, если видим в этом нужду и призвание.

Звучит жутковато.

− Ничего себе, − бормочу пришибленно. Если она не врёт, то степень моего попадалова значительно глубже, чем я могла себе предположить. Зачем я понадобилась столь могущественному существу. Точнее… моё тело. Разве она не может сама себе создать что-то подобное?

Но задать этот вопрос я не успеваю, потому что дверь в наш зал внезапно распахивается. И в огромном проёме появляется две на-агарские фигуры.

Са-ард и Шоа-дар плечом к плечу скользят к нам, суровые и собранные. Почему-то без бронекостюмов. Хотя я тоже вот без всяких скафандров обхожусь. Радостно встрепенувшись, сама не замечаю, как бросаюсь им навстречу.

Но внезапно налетаю на невидимую преграду. Что за...

− Ну наконец-то, − довольно усмехается Хамана, поворачиваясь к моим мужчинам всем корпусом. – Вы обсудили моё предложение?

− Обс-с-судили, − холодно смотрит на неё Са-ард, едва мазнув по мне мрачным взглядом.

Шоа-дар же почему-то вообще на меня не смотрит.

В груди холодной тяжестью растекается страшное предчувствие. Всё происходит как-то совсем не так, как я думала, надеялась...

− Хорошо. Как видите, с вашей Женей всё замечательно, − алые губы Хаманы изгибаются в чарующей улыбке. − Я держу слово. Принимаете ли вы мои условия?

− Нет. Твои ус-с-словия мы считаем неприемлемыми. Биосинтезоиду, зараженному твоей сущностью нет места на наш-ш-шем корабле, − жёстко чеканит змей.

Позвоночник сковывает льдом. Не в силах сделать вдох, я до тёмных пятен перед глазами всматриваюсь в его суровое лицо. Что он хочет этим сказать? Что это означает для меня?

− А как же быть с разумом Жени, который сейчас находится в этом биосинтезоиде? − в наигранном ужасе восклицает Хамана. – Неужели вы откажетесь от своей женщины? Променяетееё на свою так называемую миссию?

− Игруш-ш-шка не может быть превыше долга, − роняет сухо Са-ард, пробивая дыру в моей груди, и развернувшись, направляется обратно к двери.

Пошатываясь, я в немой наивной надежде смотрю на Шоа-дара. Неужели и он... предаст?

Тот наконец тоже поднимает на меня взгляд. Сожалеющий, как мне кажется. В серебристых глазах приговор... для меня.

− Прости, малыш-ш-шка. Нам было хорошо вместе. Но увы, − пожимает он плечами. И следует за братом.

Нет. Нет. Нет. Они не могли. Не могли так поступить со мной.

Перед глазами всё плывёт. Кажется, будто моё сердце только что выдрали из грудной клетки, оставив там кровоточащую рану. Не думала даже, что в искусственном теле возможна такая вымораживающая, сжигающая душу, боль.