Книга Их любимая кукла, страница 42 – Ольга Островская

От полного понимания, в какой опасной ситуации я нахожусь, меня даже мороз пробирает. Если они действительно способны так сильно влиять на мой разум, то что тогда их удержит от этого?

− А твоя попытка с-сыграть на моём мужском с-с-самолюбии разве не манипуляция? – неожиданно возвращает мне удар Шоа-дар. Усмехается снисходительно, демонстрируя острые клыки: – Довольно умелая, долж-шен признать. Не только брату захотелос-сь получить твоё добровольное с-согласие. Но суть ведь от этого не меняется, да, Ж-шеня? Впрочем, я признаю и то, что ты достаточно с-сильно меня заинтересовала. Так что я, пож-шалуй, могу позволить тебе нас-с-сладиться победой с-сегодня. Брат прав, мы вернёмся к этому вопрос-су позже. С-са-ард, если ты не возражаешь, я вернусь к с-с-своей работе. Хочу закончить с ремонтом до выс-с-садки.

И он, наградив меня ещё одним, обжигающим, даже насмешливым, взглядом, ускользает прочь из комнаты. Оставляя меня ошарашенно хлопать глазами и ловить воздух ртом. Вот как так получилось, что манипуляторшей вдруг оказалась я… хотя, стоит признать, некая доля истины в его словах действительно есть. Я действительно сыграла на их мужском самолюбии. Вот только это же ни в какое сравнение не идёт с тем,что сделал он.

Чёрт. С этими хвостатыми видимо придётся постоянно быть начеку. Их игры для меня слишком... опасны.

− А эта высадка… где вы собираетесь высаживаться? И когда? – прокашлявшись, осторожно интересуюсь я у Са-арда, меняя тему.

− На одной небольш-шой и необитаемой планете. Через нес-сколько часов, − лаконично отвечает он. Зарывшись рукой в мои волосы, оттягивает голову так, чтобы посмотреть в лицо: – Надеюс-сь, ты не планируеш-шь сбежать с корабля?

− В чужой Вселенной, на необитаемую планету с неизвестно какими условиями? Нет, я не настолько дура.

− Нет, ты не дура, − усмехается змей, рассматривая меня с каким-то очень странным выражением. И почему-то его взгляд то и дело останавливается на моих губах, отчего те уже откровенно начинают пылать.

− Вы говорили, что поможете мне получить доступ до памяти биосинтезоида. А можно это сделать сейчас? Я бы тогда занялась чем-то полезным, пока вы будете готовиться к высадке, − пытаюсь отвлечь его внимание.

− Нет. Это займёт время, а с-с-сейчас оно у меня практически уж-ше закончилос-сь. Поэтому тебе придётся потерпеть, − сообщает он мне, продолжая удерживать голову. При этом я чувствую, как его большое полузмеиное тело начинает двигаться подо мной, меняя положение.

− Э-э-м, ладно. Тогда я сама попробую что-то «вспомнить». Пойду, наверное в пищевой отсек и попробую что-нибудь приготовить. Как пользоваться некоторыми приборами, я уже запомнила, − сообщаю с преувеличенным энтузиазмом, ощущая, как меня начинают внаглую наклонять вниз, укладывая на спину.

Удобно этим на-агарам озабоченным. Они свои собственные длинющие хвосты в качестве переносной мебели могут использовать. Где захотели, там и завалили несчастную жертву.

− Сейчас пойдёш-ш-шь, − вкрадчиво обещает Са-ард, склоняясь надо мной.

Снова трепыхнувшись, я добиваюсь лишь того, что он ещё и наваливается на меня, чтобы не сбежала. А потом, не успеваю я даже мяукнуть протестующе, как мои губы сминают жёстким собственническим поцелуем. Царапая кожу острыми клыками, толкаясь мне в рот своим длинным языком, змей целует с такой пылкой жадностью, что голова кругом идёт. А озабоченно-запрограммированное тело радо стараться, отвечая на его страсть. Руки сами обнимают змея за шею, зарываясь в длинные волосы,заплетённые в замысловатую косу. Спина изгибается, а грудь прижимается к его каменной грудной клетке. Возбуждение неотвратимо туманит разум. Если так дальше пойдёт, не знаю, сколько я продержусь.