Книга Их любимая кукла, страница 7 – Ольга Островская

Ну надо же. Я угадала. Это действительно дверь.

Прямоугольник с тихим шипением ускользает в сторону, открывая проход в следующее помещение. Точнее в коридор. Змеехвостый устремляется туда, поворачивая направо, и мне приходится следовать за ним.

Несколько минут мы идём – точнее, иду только я, поскольку имею, пусть и не послушные, но хоть какие-то ноги – минуя несколько отсеков странного графитово-серого коридора-трубы, освещённого голубыми полосами вдоль потолка и стен, и местами подсвеченного ещё какими-то незнакомыми символами. И в конце концов попадаем в открытое круглое помещение довольно внушительных размеров, при взгляде на которое, сразу приходит в голову словосочетание «капитанский мостик». Чтосразу бросается в глаза, так это большой стол в центре, над которым светится объемная голограмма какой-то планетарной системы. В воздухе горят схемы, расчёты, или возможно координаты, таблицы. И ни одного знакомого символа.

Дальняя часть стены напоминает огромный чёрный дисплей, на который выведены небольшие отдельные окна приложений, или программ. И снова куча непонятных символов и бегучие строки текста. А перед этой стеной возвышается две странные конструкции, похожие чем-то на геймерские кресла, только с опущенными под углом сидениями необычной формы. А массивные подлокотники заканчиваются металлическими перчатками.

Но долго и детально рассматривать всё это возможности мне не дают.

– Эйш-ши, это жилой отсек. Мы находимся в комнате управления, – лаконично сообщает мне Шоа-дар, вынуждая повернуться к нему. Моё лицо самовольно изображает крайнюю степень внимания. – Пиш-щевой блок и комната отдыха с-с-слева. Личные апартаменты экипажа с-с-справа. Тебе нужны инструкции, чтобы разобраться с техническим оснаш-щением пиш-щевого блока?

– Нет, господин Шоа-дар. В моей базе данных есть вся нужная информация, – слетает с моих губ.

– Хорош-ш-шо, – усмехается наг, надвигаясь на меня. – Приготовь на обед...

И он принимается перечислять зубодробительные и шипящие названия, которые мне вообще ничего не говорят. А потом такую же тарабарщину заказывает на ужин. Я лишь поддакиваю, мол: "Да, господин, как скажете, господин". Надеюсь, в этой моей-не моей голове действительно есть информация, что он несёт. Потому что, если мне не удастся сбежать, а я пока вообще не представляю, как это сделать, придётся действительно готовить еду для этих двух хвостатых. О том, что мне ещё придётся делать, пока даже думать не хочу. Иначе ударюсь в истерику и панику, а этим делу не поможешь. Я обязана найти выход из этой ситуации, спастись, убраться из этого кукольного тела, в которое я попала. Просто обязана. Иначе свихнусь.

– Когда закончиш-ш-шь с приготовлением пиш-щи, жди нас в комнате отдыха, – Шоа-дар теперь совсем близко.

Протянув руку, проводит по моему бедру. Сжимает ягодицу, притягивая меня к себе. Обхватывает другой рукой за талию.

– Какая нежная кож-ш-ша. Потрясаюш-ще качественная куколка. Так и хочется попробовать, – бормочет он, оглаживаяи тиская меня теперь уже обеими руками. Нюхая и чуть ли не облизывая. Ещё бы на зуб попробовал.

– Если господин желает...

О нет, нет, нет... Не смей, кукла безмозглая. Я этого не переживу.

– Нет, Эйш-ши. Позже, – ухмыляется Шоа-дар. И, шлёпнув меня по попе, велит: – Прис-с-ступай к тому, что я тебе велел.