Книга Рыцари и ангелы, страница 94 – Майя Яворская

Она в последнее время только о нем и думала. В ее представлении тот должен быть большой, белый, с распахнутыми крыльями. Что-то наподобие статуи богини Ники в Лувре. Но потом Кира прикинула, что такую монументальную фигуру вряд ли стали бы ставить в больнице. И масштаб произведения искусства сразу значительно уменьшился, и крылья сложились за спиной сами собой. Фигура претерпела метаморфозы, но вопрос остался. Что вообще делать ангелу, пусть даже размером с человека, в клинике? Это же не музей. Какую-нибудь молельню еще представить можно, но там должны быть иконы, а не статуи. Вера-то православная, а не католическая. Скульптуре, скорее, место в больничном сквере, но такая локация с кладом не вяжется. Место проходное, если кто-нибудь станет рядом копать яму, чтобы спрятать сокровища, обязательно прохожие заметят. Если и не заметят, то все равно плохой вариант. Заставлять любимую женщину махать по ночам лопатой негуманно и неромантично. И статуэтка на столе для этой цели не годилась. Как под нее можно что-то незаметно положить?

Да и вообще, предлог «за» сидел в голове как заноза. «За ангелом» было написано, а не «под» и не «в». Значит, варианты «закопать в землю» и «спрятать внутри» отпадали сами собой. А это сужало поиски. Возможно, за статуей в стене находился тайник. Если же предположить, что за столько лет ангела не разбили, не украли, а просто передвигали с места на место несколько раз во время ремонта, то шансов найти замаскированную нишу в стене уже никаких.

С рассуждениями все было как-то грустно. В общем, чтобы не ломать себе голову, надо ехать и смотреть на месте. Если там ничего не обнаружится, был второй вариант – МОНИКИ. Правда, сейчас на территории института девятнадцать корпусов и старых из них только шесть. На этот счет Кира успела пошуршать в интернете. Не факт, что нужный уцелел. Да и вивария там не было, Кузьмич говорил. Зато имелась церковь. А в ней иконы. На них часто изображались ангелы. Вот за икону как раз можно что-то спрятать. Вероятно, там и надо искать.

Но стоило ей подумать об иконах, как стало дурно. Сколько в Москве церквей, а сколько в каждой из них икон. Не один месяц понадобится, чтобы все облазить. Да и кто вообще ей позволит ходить там и под каждую заглядывать? С другой стороны, для Евы это тоже было бы проблематично. Конечно, сто лет прошло, но Кира догадывалась, что по этой части ничего не изменилось – там с утра до ночи полно народу, а вечером двери запираются. Хотя, может быть, у доктора Вельде был какой-нибудь знакомый сторож, который мог пустить в неурочный час. «Так, все, хватит фантазировать, – одернула себя Самойлова. – Я уже начала подгонять решение под ответ. Решили искать виварий, значит, будем искать виварий».

Дни тянулись мучительно долго, Кира уже вся извелась от безделья. Так что, когда появился новый клиент, она даже обрадовалась: будет хоть чем заняться. Да и деньги не помешают, с ними в последнее время все было как-то грустно. К тому же снимать приглашали не очередную свадьбу. От зефирных платьев, пьяных гостей и идиотских конкурсов и так уже начал дергаться глаз. Здесь же требовалось провести фотосессию мамы с детьми. Таких заказов Кира еще не получала.

Ехать пришлось за город, заказчица жила в частном секторе. Нужный дом находился довольно далеко от станции. И пока Кира шла к нему, стала обдумывать, где лучше организовать съемку. По дороге попалась вполне приличная полянка. Много цветов, на заднем плане сосны. Можно бросить там плед, накидать игрушек, поставить корзину для пикника. Получится вполне в духе сельской идиллии. Если в доме найдется воздушный змей, то вообще шикарно. Или лучше песчаный берег у мелкой речки? Дети пускают кораблики, мочат ножки, мама с умилением смотрит на потомство. Тоже неплохо. Вода, правда, может быть холодновата. Жаль, никто не сообщил возраст детей, а сама Кира не догадалась спросить. Вдруг это четырнадцатилетние акселераты выше ее на голову? Какие тогда кораблики, совочки и мячики? При таком раскладе требовался другой сценарий. Но она решила заранее не расстраиваться.