Книга Гленнкилл: следствие ведут овцы, страница 40 – Леони Свонн

Возле пастушьего фургона Тощий снова навалился на дверь. Раздался тонкий звук – возможно, это был луч света, который испуганно сидел внутри. Человек на крыше дольмена напрягся. В этот момент Мод поняла, что человек охотился не за ними, а за тремя мужчинами возле пастушьего фургона. Мод издала запах облегчения.

Интересный спор о Джордже и Отелло возле пастушьего фургона меж тем завершился.

– А они вообще фургон обыскали? – спросил Том. – Ничего они не обыскали, совсем. Никакого расследования, никаких вопросов. Замять, забыть и закопать – вот их девиз. Они там все заодно, полиция и наркомафия. Все подкуплены! – В голосе Тома звучала некая досада оттого, что никто не торопился подкупить его.

– Вот! – Тощий говорил злобно. – А зачем нам тогда вообще сюда вламываться, если никого эта дрянь не волнует?

Они молчали. Гарри вполсилы навалился на дверь. Внутри было тихо. Том открыл рот и снова его закрыл. Он отвернулся от остальных и хотел уйти в сторону асфальтированной дороги. И вдруг оцепенел.

– Машина! – прошептал Том.

Овцы уже давно ее услышали. По асфальтированной дороге кралась большая урчащая машина с выключенными фарами. Она остановилась и перестала урчать. Троица впала в панику, люди, как куры, бросились врассыпную. Грешник Гарри заложил три превосходные петли, Тощий пригнул свое длинное тело, чтобы лучше бежать. Овцы поразились. Раньше они не замечали, какими пугливыми могут быть люди. Они гордились, что при появлении машины сохранили самообладание. И тут трое одновременно увидели загон. Они галопом помчались к нему, а потом кинулись вниз по лестнице к сеновалу мимо озадаченных овец.

Овцы бросились наружу, как капли молока, прямо навстречу человеку, идущему от асфальтированной дороги. Но человек не обратил на них внимания. Кажется, хаотичные метания растерянно блеющих овец на лугу его даже не удивили. Он неспешно шел к пастушьему фургону.

Только шесть овец неподвижно стояли под дольменом. Мод не поддалась всеобщему паническому настроению. Она была полностью сосредоточена на волке над их головами. Тот прижался к камню. Луковицы в его желудке бурчали как бешеные. Он часто дышал. Мод поняла, что Мастер-охотник тоже боится.

Человек у пастушьего фургона не стал ломиться в дверь. Он постучал. Коротко, два раза длинно, коротко. Подождал. Затем он почти беззвучно начал вскрывать замок. Сердце Охотника билось, как у овцы, когда той приходилось глотать таблетку с кальцием. Но он не двигался. Он не решалсяпошевелиться. На лугу, как трель цикады, раздался тихий металлический щелчок. Но дверь не открылась. В конце концов человек развернулся и пошел вниз по тропинке.

Заурчал мотор.

Тишина.

Конечно, той ночью произошли и другие вещи, но не столь впечатляющие, как события у пастушьего фургона. Мужчина с крыши дольмена бесшумно исчез, оставив после себя лишь легкий аромат лука. Несколько позже из загона испуганно вылезли три человека. Они попытались вести себя тихо, а получилось громко. Обратно в деревню они шли молча. Дверь пастушьего фургона резко стала им безразлична.

Овцы наблюдали за развитием событий и еще какое-то время оставались начеку. Постепенно наступила тишина. Они рассеялись по лужайке, как смущенные голубые облака. Отелло был похож на чернильную грозовую тучу. Порыв ветра заботливо унес их страх. Но о сне уже не могло быть и речи. Они нагнули шеи и начали пастись.