Книга Лики зазеркалья, страница 19 – Варвара Кислинская

Я как раз водрузила на прилавок свое творение и рассматривала, что получилось, когда в магазин вошел Дил-Унгар. Я подняла голову и улыбнулась ему. На лице этого странного мужчины застыл такой восторг, словно он увидел нечто вожделенное, но давно утерянное.

- Разящая Секира! – выдохнул он, будучи не в состоянии отвести глаз от безделушки.

Я не поняла, что он имел в виду, и решила, что это просто такой оборот, вроде «Боже мой».

- Вам нравится, господин Дил-Унгар?

- Нравится? – на его физиономии отразилось искреннее удивление. - Это чудо! Я уже чувствую, как она ляжет в руку.

Она? В руку? О чем это он?

- О, прекрасная госпожа! – нет, это точно формальное обращение. - Я не думал, что доживу до этого дня. Вы... вы сделали счастливым не только меня, но и весь наш народ.

Мне показалось, что, еще чуть-чуть, и он бухнется на колени. Допустить этого я не могла. Не дай Бог, увидит кто-нибудь, потом насмешек не оберешься. Мне, конечно, приятно его восхищение моей работой, но подставляться совсем не хочется. Чтобы предотвратить эту катастрофу, я быстро вытащила из сумки сплетенный вчера медальон.

- Господин Дил-Унгар... Синдин, да?

- Да, госпожа Рен-Атар, - щеки его слегка порозовели. Надеюсь, от удовольствия.

- Не знаю, в праве ли я просить об этом, но мне хотелось бы, чтобы вот это вы взяли себе, - я протянула на ладони безделушку. - Я сделала ее лично для вас.

Ой-ой-ой! Кажется, я что-то не то натворила! Физиономия моего гостя сравнялась цветом с его темно-красной шевелюрой, глаза полезли на лоб, а квадратный подбородок задрожал мелкой дрожью.

- Г-г-госпожа? – бедненький, аж заикаться начал. - Эт-то с-слишком щедро с вашей стороны. Я... я...

- Щедро? Да что вы! То, что дали мне вы, несравнимо с таким пустяком. Я действительно думала о вас, когда делала его, и от души надеялась вас порадовать.

- Д-думали?... От души?... – бедняга продолжал смотреть на медальон, не решаясь протянуть к нему руку.

- Это самое малое, что я могла для вас сделать. Ну же, Синдин, берите!

Видимо то, что я назвала его по имени, добило несчастного. Нет, на колени он не упал. Хуже! Он встал на одноколено и схватил меня за протянутую руку, с зажатым в ней медальоном. Последовавший далее текст по всем канонам, вроде бы, соответствовал рыцарским романам. Что-то на счет того, что отныне вся его жизнь и помыслы принадлежат мне. Кажется, даже боевой топор фигурировал. Хорошо хоть про руку и сердце ничего сказано не было. Столько бы я точно не выдержала. Хотя нет, про сердце все-таки было. Но не про руку. И то ладно. Я и так не знала, куда деться.

Когда, наконец, мне удалось привести своего гостя в вертикальное положение, мы оба были здорово смущены. Но медальон я Синдину все-таки всучила. Наверное, получилось чертовски бестактно, но, чтобы уйти от скользкой ситуации, я спросила, когда его ждать снова. Впрочем, похоже, он и сам был радпоскорее смыться после столь бурной сцены. Не знаю, облегчение или разочарование я почувствовала, узнав, что ближайшие несколько дней он будет занят и не сможет прийти. Может, оно и к лучшему.

- Госпожа, - Синдин посмотрел на меня умоляющими глазами, - я очень надеюсь, что вы создадите Канон.

- Канон? О чем вы? Я уже второй раз это слышу. Я не знаю, что такое канон.

- Ваш первый подарок. Из веревки. То была имитация. А нам очень нужен настоящий. Весь мой народ ждет его.