Книга Лики зазеркалья, страница 99 – Варвара Кислинская

Мне повезло. Не знаю, где именно находилась эта аллея, но Энгион прогуливался по ней каждый вечер. Это именно ее я успела рассмотреть у него за спинойперед тем, как ранила его, и он исчез. Он был очень пунктуален. Ровно без трех минут семь он каждый день проходил мне навстречу, а минут через пятнадцать возвращался. Тогда-то я и поняла, что ударю его в спину. Я знаю, что это подло, но в схватке лицом к лицу у меня нет шансов, а это чудовище должно умереть. И убить его могу только я.

Почему-то мне казалось, что, как только я сделаю шаг вперед, проход закроется. Дай-то Бог, чтоб это было не так, но на всякий случай в последние дни я мысленно попрощалась со всеми своими близкими. Ведь если проход закроется, я, скорее всего, не смогу вернуться обратно. Здесь, в больнице, уколы инсулина мне делала медсестра, и у меня не было в личном распоряжении флакона, который можно прихватить с собой. А значит, у меня не будет времени нарисовать обратный проход. Да и где я там стану искать принадлежности для рисования? Не тащить же с собой альбом, когда идешь убивать. Все нормально. Я знаю, что умру вскоре после того, как попаду в тот мир. Я готова к этому. Хотя, немного жаль, что я вряд ли успею познакомиться со своими моделями. А так хотелось бы! Но и эту цену не жалко заплатить. Это мой бой, потому что никто, кроме меня, сделать этого не может. И потому что я сама создала такую ситуацию. Я нарисовала Энгиона. Я выпустила в тот мир почти бессмертное чудовище. А потом я предавала защитников каждую субботу.

Почему мы так жаждем любви? Так хотим быть для кого-то прекрасными. А нас предают. А потом предаем мы. Предаем тех, кого нельзя предавать, кто не лжет, а действительно верит. Нельзя предавать веру. Простите меня. Хотя, нет. Не прошу вашего прощения. Я лишь искупаю вину за свое предательство. И все-таки, простите. И простите старую глупую тетку, позволившую себе помечтать и поверить в любовь.

Я уже вижу тебя, Энгион.

Я иду.

Смотритель Гектор

Мы находимся, как и предрек Тион, в патовой ситуации.

Поначалу стратегия разработанная владыками полностью себя оправдывала. Серебряная леди оказалась невероятно трудоспособной и безотказной дамой. Она рисует до двадцати портретов в день, а нам остается только приводить к зеркалу как можно больше воинов и магов.

Библиотека словно чувствует, что происходит. Это невероятное здание расширяется внутрь себя, предоставляя жилье нашему все прибывающему гарнизону.

Нои Энгион не остается в долгу. На следующий день после первой его попытки добраться до Серебряной леди следует вторая, столь же провальная для обеих сторон. Гург успевает лишь помешать эльфу построить проход, но поймать его дракону не удается. Тогда эльф становится осторожней. Шесть дней он вовсе не дает о себе знать, зато на седьмой снова удостаивает нас своим визитом. Не утруждая себя изысками он, едва появившись перед зеркалом, просто усыпляет наших доблестных стражей простеньким заклинанием. Все происходит настолько быстро, что даже Хандариф ничего не успевает почувствовать. К сожалению, у Энгиона хватает ума не убивать защищенных охранников. Даже дезориентированные после возрождения они могут с ним справиться.

Несколько недель подряд происходит одно и то же, пока, наконец, на прошлой неделе, мы не понимаем, что, для появления перед зеркалом, Энгион использует не свою собственную магию, а магию самой Библиотеки, совершенно чуждую юному саламандру. Когда же в дозор становлюсь я сам, мой мудрый дом, почувствовав мое настроение, просто не пускает врага на свою территорию.