Книга Дети Зазеркалья, страница 82 – Варвара Кислинская

— Не хочу!

— Чего? — совсем развеселилась бизнес-вумен. — Солидности? Или сексуальности?

— Солидности, — на полном серьезе сообщило ушастое недоразумение.

— Да-а-а? — протянули мы все хором.

— Угу, — мрачно отозвалсяэльф. — У меня солидность с эльфийским гонором ассоциируется. Ну его на фиг.

— Ладно, — легко согласилась Ася с внезапно прорезавшейся игривостью, — а сексуальность-то чем провинилась?

— А на фига? — вызверился вдруг Вел. — Ты, правда, считаешь, что это главное?

— Ну-у-у… — Артем задумчиво потеребил подбородок, — главное или нет, а иногда очень необходимое.

— Вот когда станет необходимо, тогда и появится, — фыркнул дедуля таким обиженным тоном, что мы переглянулись.

— Вел… — начала Ася снова, — она же просто так не появляется. К имиджу, знаешь ли, привыкнуть нужно.

— Думаешь? — Вел покосился на нее с каким-то несвойственным ему злорадством. — Думаешь, к такой ерунде действительно нужно привыкать?

— Уверена! — не сдалась та.

— Ну, привыкай, раз тебе надо.

И он запел. Нет, он не запел. Он заговорил, но заговорил так…

Я никогда не испытывала на себе действия афродизиаков, но почему-то очень сомневаюсь, что оно может быть настолько направленным. Мир перестал для меня существовать. Остался только Вел — самый прекрасный, самый желанный мужчина на свете. Я хотела его. Хотела так, что готова была умереть, если он не возьмет меня немедленно. Застонав, я сделала шаг к нему и краем глаза заметила, точно такое же движение справа. Ревности я не почувствовала. Мне было все равно, кто там что думает, лишь бы Вел обратил на меня внимание.

— Ах ты, засранец! Ах ты, провокатор ушастый! Ты что творишь! Ты на ком свои способности проверяешь?!

Наваждение разлетелось с хрустальным звоном, оставив после себя только смущение и слабость в коленях. Я недоуменно покрутила головой. Прямо в воздухе, уперев руки в бока, зависло крошечное создание, трепеща радужными стрекозиными крылышками. И оно очень гневалось на одного зеленоглазого чудика. А тот в свою очередь, видимо, принимал этот гнев весьма близко к сердцу. Вел медленно отступал от наседавшей на него малявки, и в глазах его застыли раскаяние и страх.

— Тебе что сказали? Тебе сказали переодеться! Сменить имидж! А ты за старое! Едва научился себя контролировать, а туда же, сердцеед недоразвитый! Скажи спасибо, что Марта этого не слышала!

При последних словах малявки страх в глазах эльфа сменился уже откровенным ужасом.

— Лисси, я никогда… ни за что…

— А вот только что и когда и за что! —не сдавалась кроха. — И главное — с кем?! Совсем ты головой думать разучился в этом мире, Велкалион Дебритеанна!

— Лисси! — простонал окончательно пристыженный и несчастный ушастик. — Прости, Лисси!

— Слушать надо, когда тебе умные женщины что-то советуют! — сбавила обороты девочка-стрекоза и лихим пируэтом развернулась в воздухе. — Прошу прощения, миледи за это недоразумение, — обратилась она почему-то к Асе. — Даю слово, подобное больше не повторится.

— Да мне как-то все равно, — пожала плечами та, с любопытством разглядывая маленькую скандалистку.

— Молодая миледи Маргарита! — кроха повернулась ко мне, нахмурилась и погрозила пальчиком. — Займитесь делом, наконец! Вы, кажется, собирались помочь этому несчастью сменить имидж. Так вперед! — она ткнула указующим перстом в сторону спальни.