Книга Ненужная. Рецепт для Дракона, страница 116 – Александра Берг

Фай. Чёрт побери, он видел меня тогда. На приёме, когда я следила за Дювейном. Поэтому и пришёл… Когда? Вчера? Сегодня? Время в этих каменных кишках ничего не значило. Сколько я была в отключке?

— Где Марта и Йозеф?

— На нижнем ярусе. Но ты не беспокойся за них. Лучше думай о своей жизни, Этери.

— А твой отец? — в памяти всплыла лавка мастера Линна с закрытой наглухо дверью.

Что, если Фай… Мог он? Горло сдавило от внезапной мысли. Сейчас я не знала, на что был способен Фай.

— Я ведь говорил тебе, — в его голосе прозвучало нечто похожее на удивление. — Отправил на тёплые воды.

От сердца тут же отлегло.

— Этери, я не чудовище из детских кошмаров. Хайзель наседал на отца — поборы за лавку ползли вверх. А всё потому, что старик не захотел примкнуть к «Воронам». Да-а-а, мой отец остался верен своим принципам. Не как ты. Ты же мигом согласилась работать на Хайзеля.

— У меня не было выбора, — процедила я сквозь зубы.

— Убеждай себя сколько хочешь, но ты ничуть не лучше меня.

Слова Фая резанули по живому. Хотелось схватить его за ворот этого чёртова мундира, встряхнуть, заорать в лицо, что он не прав, что между нами — пропасть. Что я никогда не стала бы держать рабов и торговать человеческими жизнями.

— Пойдём, — оборвал Фай мои мысли, развернувшись.

Мы двинулись вверх по шахте. Узкая тропа, выбитая в скале, петляла между ярусами, цепляясь за выступы породы, как корни старого дерева. Фай шёл уверенно, а я старалась не оглядываться.

С каждым пролётом воздух менялся. Разжижался. Переставал давить на лёгкие каменной крошкой и затхлостью человеческого пота. Магические фонари попадались всё реже… Наконец тропа выплюнула нас на широкую площадку.

Здесь было… иначе. Будто мы прошли сквозь горло шахты и оказались в её утробе — в просторной полости, где под высокими сводами громоздились штабеля деревянных ящиков и мешков.

И здесь я снова увидела их — рабов. Их кожа… Она была тёмной, загорелой, цвета обожжённой глины или песка, которому не давали остыть под палящим южным солнцем. Люди молча, как заведённые механизмы, таскали тяжёлые мешки по узкой деревянной лестнице на верхние ярусы. Движения отточены до автоматизма. Никаких стонов. Никаких взглядов, брошенных в сторону. Даже пот на лицах выступал одинаково — ровными, блестящими дорожками.

Мне стало дурно.

— Не стой, — бросил Фай через плечо.

Я заставила себя двигаться.

Фай провёл меня мимо штабелей, мимо безмолвных носильщиков, к узкой двери, вырубленной в скале. Комната за ней оказалась большой. Неожиданно большой для этих каменных нор. Своды высокие, стены ровные, покрытые известковой побелкой. Обстановка простая, почти аскетичная: грубый стол, пара стульев, полки, заваленные бумагами. А у дальней стены…

Ящики.

Те самые, что я видела на складе у Хайзеля, с вороньими клеймами на боковинах, а рядом… герб. В прошлый раз, в тумане я не смогла разглядеть детали. Но сейчас, при ровном свете фонарей, каждая черточка проступала отчётливо.

Изящная работа: золотая ступка, а вокруг неё кольцом обвивался стебель с тремя листьями и цветком, похожим на колокольчик. Внизу, на свитке под ступкой надпись: «Лаар».

Странно, что я не узнала его сразу. Даже сквозь туман, который в тот день висел над городом. Должна была узнать. Уж кто-кто, если не я.

Этот символ я нашла, копаясь в истлевшем фолианте в лавке старьёвщика, между выцветших строк. Не какая-то там новомодная завитушка, а настоящая метка древних целителей.