Книга Миссия: вернуть истинную, страница 20 – Мия Флор

У меня подкашиваются ноги, а тело наполняется сладкой негой, как будто я вновь стала молодой и наивной девчонкой.

— Моя вахрисса, — выдавливает он, и комната озаряется ослепительным светом…

Джордж

Внезапно воздух рядом с Гвен становится сладким, дурманящим.

Её губы…

Только боги знают, как я по ним скучал.

Я готов принять на себя грозный взгляд или даже получить пощёчину за свою наглость — оно того стоило.

Однако в помещении становится слишком ярко. Настолько, что я не вижу Гвен, только крепко сжимаю в руках, слышу её неровное дыхание.

— Что за… — слышу возмущённые голоса сыновей.

Свет постепенно перетекает наружу, в окно. Комната приобретает очертания.

— Я нашёл тебя. Прости, милая, после этого поцелуя я не собираюсь от тебя отставать.

Гвен моргает, её взгляд затуманен. Губы раскрываются так, словно вновь просят поцелуя.

От неё всё ещё исходит золотистая пыль — её много, и она выползает вдогонку за остальным светом.

— Солнце! Солнце! Солнце! — доносятся до нас крики с улицы.

Гвен поднимается на цыпочки и целует меня сама.

Не отпущу больше никогда!

После этого, точно не отпущу!

— Мой вахрин, — говорит она, и я чувствую своим телом ее трепет.

Мы сплетаем наши ладони и подходим к окну.

На небо возвращается яркое солнце.

— Гвен… Посмотри, что ты сделала, — говорю я ей, указывая на подобревших гномов и орков, дружно вывалившихся на улицу, чтобы поприветствовать вернувшееся солнце. Их клыки укорачиваются, и они становятся милыми, добрыми.

— Это невероятно, — завороженно шепчет Гвен.

— Ого, — восхищается Рудольф, тоже подошедший к окну. — Мам, даже не верится, что это сделала ты.

— Должно быть, всё дело в истинности… — задумчиво произносит Лиам, присоединившийся к нам.

И вероятно, он прав. Даже если об этом мире пока мало что понятно.

— Что с ним-то будем делать? — привлекает наше внимание Теренс, на всякий случай плотнее связывая мычащего Риарха.

— Мы передадим его сэру Грейморну, пусть изучит этот экземпляр. Подозреваю, что он не из этого мира, — отвечаю я. — Пусть подумает над своими поступками.

Дверь в комнату распахивается, заставляя каждого повернуться на звук.

В дверях оказывается Элайджа.

И он не один.

Повелитель стихии огня победно несёт на плече связанную Грисельду с кляпом во рту. Она тоже мычит, скорее всего проклятия в наш адрес.

— Я знал, что вы справитесь без меня, поэтому отправился попытать счастья с арахнидой, — Элайджа бросает мнев руки кулон Грисельды. — Вот. В этих камнях заключена их сила. Гвен оказалась права. Без кулона здесь они становятся простыми людьми, как и мы.

— Элайджа… Как тебе это удалось? — срывается с губ.

Я чувствую некое облегчение в теле от этой новости. Иметь Грисельду на хвосте нервировало…

— О… Я тебе не говорил, что Грисельда как-то предлагала мне встречаться просто чтобы позлить тебя, когда ты перестал обращать на неё внимание? Ах ну да, тебе было не до этого. Впрочем, она поймала меня, а я решил в отместку её поцеловать. Не ожидал, что поцелуй станет таким страстным, но в итоге мне удалось сорвать с неё кулон. А дальше… дальше у неё не было шансов, — победно сообщает Элайджа, под яростное мычание брыкающейся Грисельды.

Теренс сникает. Ещё бы — видеть свою мать злодейкой и пойманной не особо приятно.

Как же они различаются…

Подхожу к сыну.

— Не переживай, никто не причинит ей вреда, но она должна ответить за то, что сделала, — хлопаю его по плечу.