Книга Развод с ледяным драконом. Гостиница беременной попаданки, страница 52 – Юлия Ханевская

Как стена, как защита.

Для меня он стал кем-то вроде старшего брата — человеком, рядом с которым можно дышать спокойно.

Но…

Иногда, когда я встречаю его взгляд, в нем есть что-то другое.

Что-то теплое, сокровенное.

И я не знаю, что с этим делать.

Я даже не могу позволить себе думать в эту сторону — не сейчас, когда внутри меня растет новая жизнь, связанная с мужчиной, от которого мне пришлось бежать.

С мужчиной, который ищет меня и к которому все еще тянется запертая во мне душа.

Так что я делаю вид, что не замечаю.

Наверное, это проще для всех.

Самое главное изменение происходит сейчас внутри меня.

Ребенок развивается быстрее, чем обычный малыш. Живот заметно округляется, и, кажется, что с каждым днем становится все больше. За одеждой его не спрятать. Он виден уже не только мне или Медее, которая наблюдает за мной так, будто я стеклянная.

А еще магия… ее невозможно игнорировать.

Она растет вместе с моим животом и чаще всего будто существует отдельно от меня. Контролировать ее не получается. Даже разобраться, как она работает и на что реагирует.

Я могу сидеть и спокойно пить горячий чай, а через минуту обнаружить, что в кружке плавает лед. Или что окно покрыто узорами инея, хотя в комнате тепло.

Сначала я боялась, что заморожувесь дом или причиню кому-нибудь вред.

Но потом… Был случай в лесу.

Мы с Медеей собирали грибы. Обошли озеро и начали углубляться в чащу, стараясь при этом держаться ближе к тропе.

И вдруг видим их: двух серых диких псов. Они загнали на сосну огромного лесного кота — темно-рыжего, большого, с кисточками на ушах, как у рыси, и круглыми желтыми глазами.

Не знаю, сколько бедолага просидел на дереве, но псы совершенно точно не собирались сдаваться. А тут еще мы… Они сразу нас заметили.

Я замираю, даже дыхание задерживаю. Страх окатывает ледяной волной, ведь точно знаю — от псов не убежать, а стоит дернутся, они прыгнут.

Медея шепчет что-то и начинает пятиться. Наступает на сухую ветку, и тут раздается такой оглушительный для тишины леса треск, что я вздрагиваю.

Псы бросаются на нас.

И тогда магия просыпается так стремительно, что я даже не успеваю испугаться. Словно внутри меня распахиваются настежь двери, и оттуда холод идет волной.

Псов поднимает в воздух и отбрасывает прочь.

Они взвизгивают, сшибают бока о стволы деревьев, и едва приземлившись — убегают прочь.

Мы стоим, ошарашенные.

Медея дрожит, едва не плачет.

А я держу руку перед собой и не узнаю собственных пальцев — от них исходит голубоватый свет. Я смотрю на это сияние, словно в трансе, не слыша и не видя ничего вокруг.

Пока в прелую листву прямо перед моими ногами не падает нечто большое и рыжее.

Кот не убежал, едва почуяв, что опасности больше нет.

Он спрыгнул с дерева, обошел нас кружком и пошел следом. Будто на самом деле он не был загнан на ветку двумя дикими псами, а сидел там и ждал именно нас с Медеей. Словно мы — его истинная добыча.

Теперь он живет у нас, величественно расположившись на диване в гостиной. По ночам он приходит ко мне в спальню и засыпает в ногах, прогибая матрас немаленьким весом.

Медея назвала его Рыцарем.

— Потому что он храбро сидел на сосне, пока мы его спасали! — уверенно объяснила она.

Я смеялась тогда долго.

Хотя… эта кличка лесному рыжику очень даже подошла.

Что сказать о гостинице — все сложилось довольно интересно.