Книга Развод с ледяным драконом. Гостиница беременной попаданки, страница 64 – Юлия Ханевская

Ее слишком много.

Голова кружится, мир тускнеет, звуки удаляются, будто я погружаюсь под воду.

И последняя мысль, прежде чем сознание начинает проваливаться: Я не имею права потерять его. Это будет концом всего.

Тьма подступает, она уже совсем близко.

И тут, где-то далеко-далеко разносится рев.

Нечеловеческий.

Дикий.

И ледяная магия дрожит внутри меня в ответ. Холод подступает волной не снаружи, а изнутри.

Я лежу на боку на сырой земле и вдруг замечаю, что пальцы сводит судорогой. Мои ладони зудят, и сквозь дрожь пробивается свет — мягкий, бледный, будто лунное сияние проступает из-под кожи.

— Медея… — шепчу, но голос почти не слышен.

Свет усиливается.

Сначала в пальцах, потом в запястьях, поднимаясь по рукам. Я чувствую, как он проходит сквозь меня, превращаясь в ледяной холод — чистый, прозрачный, почти хрустальный. Он скользит под кожу, к плечам и ключицам, к сердцу…

Спускается в район живота и концентрируется в нем.

Там, где боль еще секунду назад рвала все внутри.

Она не исчезает сразу, она медленно отступает, подобно волне,оставляющей после себя тяжесть и покалывание.

Я боюсь глубоко вдохнуть, боюсь, что любое движение может снова запустить эту пытку, но ничего не происходит.

— Леди Анара, вы светитесь! — Медея опускается рядом. — Что… что происходит? Что мне делать? Скажите!

Я перехватываю ее ладонь и крепко сжимаю. Мы обе замираем. На мгновение все вокруг становится нереально тихим — только наше дыхание, только хруст инея под моим телом.

Медея шепчет:

— У вас… такие ледяные руки!

Я киваю, чувствуя, как по телу пробегает дрожь.

— Только гляньте, под вами снег… Даже земля заледенела. Вам нужно в тепло. Срочно.

— Д-да… — выдыхаю. — Уж-же можно. Кажется… б-беда миновала.

Зубы стучат так сильно, что я не могу четко произнести слова. Тело лихорадит, дыхание сбивается, но внутри живота теперь тихо. Спокойно.

Он жив.

С помощью Медеи я медленно, очень медленно, поднимаюсь. Под ногами хрустит снег и мелкие кристаллики льда. Мир кружится, и я застываю, прикладывая ладонь к животу.

В сознании вспыхивает образ ребенка в колыбели. Настолько яркий, будто кадр из недавнего прошлого. Но это не может быть воспоминанием… Это будущее.

Малыш с чудесными синими глазами.

Я не думаю и не предполагаю, я знаю, кто это.

— Это мальчик… — шепчу, потрясенная осознанием. — Это мальчик, Медея.

Девушка мигает, растерянная, словно пытается понять, в своем ли я уме…

А меня накрывает нервный смех.

Слезы катятся по щекам, а я хохочу, как сумасшедшая, держась за плечи Медеи и едва не повисая на ней.

— Это действительно мальчик… ох, если бы ты знал, Дейран… — я выпрямляюсь, глядя в серое небо. — Какая ирония…

Ирония судьбы.

Ирония пророчества.

Ирония того, что наследник ледяного дракона растет не в его жене, а в другой женщине.

Медея осторожно поддерживает меня и направляет в сторону особняка.

— Ладно… хорошо… — говорит она тихо. — С этим… мы справимся. Пойдемте, леди Анара. Вам нужно в дом. Принять ванну, отмыть всю эту кровь. Согреться и … успокоиться. Я… я заварю вам умиротворяющий отвар.

Я снова киваю.

Мы двигаемся медленно, шаг за шагом.

Когда до крыльца остается совсем немного, я оборачиваюсь.

На земле под яблоней виднеется продолговатое пятно снега, почти полностью залитое кровью. Ствол дерева, о которое я ударилась, а потом держалась, пытаясь встать, тоже покрыто инеем.