Книга Мой бывший тёмный властелин, страница 77 – Юки

Но императору было все равно. Рядом с ним не место трусам и предателям!

Непроглядная тьма его магии, поглотившая разум, нашептывала, что враги повсюду, что он должен опередить их, и убить всех и каждого. Все это время Фэриона сдерживало лишь одно. Стоящее перед глазами заплаканное лицо Лив, и те слова, произнесенные обреченно: «Лучше сразу убей».

Дни и ночи император боролся с внутренними демонами, в минуты просветления осознавая — он сам виноват во всем, что с ним произошло. Чуть не совершив непоправимое, он разрушил незримую связь, соединяющую его с Оливией, и на него пало проклятие. Но Фэрион не умер, произошло кое-что пострашней. Магия почти свела его с ума, и недалек тот день, когда он окончательно утратит разум. И потому скоро мужчина останется совсем один. Даже те, кто служил ему с самого его рождения, не станут хранить верность опасному безумцу, который в любой момент может их убить.

В двери кабинета, где император в последнее время находился почти постоянно, нерешительно постучались.

— Войдите! — раздраженно бросил Фэрион, а после выругался, вспомнив, что заперся на замок, дабы его никто не тревожил.

С неохотой встав из-за стола, он подошел к двери и отпер ее, впуская внутрь канцлера.Мужчина был одним из тех, кто решил остаться рядом с ним до последнего, и ему пока удавалось избегать гнева императора.

— Зачем пришел? — хмуро уставился он на Альмута, чувствуя, как тьма внутри зашевелилась, приказывая немедленно убить стоящего перед ним человека.

— Пришло послание от наших шпионов в Регнуме, — вояка достал из кармана конверт, но не спешил отдавать его Фэриону.

— Что там? — встрепенулся император, и мрак в душе трусливо отступил, прячась до поры, до времени.

— Я не стал читать, — ответил ему канцлер. — Да и вам, Ваше величество, не советую. Лучше вам отпустите воспоминания о ней, и начать жить заново.

Очередная попытка Альмута воззвать к его разуму возымела обратный эффект. Вырвав послание из рук мужчины, Фэрион нетерпеливо вскрыл конверт, и развернул сложенный втрое листок бумаги. Тяжело вздохнув, канцлер вышел, оставляя императора одного.

Прочитав о том, что Оливия стала королевой, Фэрион невольно улыбнулся, искренне радуясь за ту, что хоть ненадолго, но подарила ему счастье. Но когда его взгляд дошел до следующих строк, так долго выстраиваемые им барьеры рухнули в одночасье.

«Есть подозрение, что королева ждет ребенка. Срок примерно пять месяцев. Кто отец, неизвестно».

«Он не твой… — тут же зашептали голоса в голове мужчины. — Она заслуживает смерти… Предательница…»

— Неет! — заревел Фэрион, отбрасывая скомканное послание в сторону. — Это неправда!

«Она носит под сердцем ребенка Эрвина… Убей ее!»

Рухнув на колени, император схватился за голову, в которой словно разом поселились сотни демонов, разрывающих мозг на части.

— Нет, — прошептал он, утихая. — Я не могу… Не буду…

«Тогда убей тех, кто виноват в этом. Уничтожь Альянс!» — нашла выход Тьма, и воля Фэриона прогнулась, ослабнув под ее напором.

Поднявшись на ноги, он бросил взгляд в зеркало, и из отражения на него глянуло жуткое подобие прежнего императора, с почерневшими глазами и бледной, как у мертвеца кожей.

«Да, во всем виноваты именно они. И я убью их, уничтожу каждого, кто встанет у меня на пути!»