Книга Сквозь Мрак, страница 29 – Леока Хабарова

Крис глянула с подозрением. Показалось? Нет? Нет, не показалось! В карих глазах плясали чертенята. Причем отжигали так, что не улыбнуться в ответ оказалось совершенно невозможно.

И Кристиана улыбнулась. А Холф уселся на стол. Вздохнул.

– Кристиана… – Он впервые назвал её по имени, и Крис вздрогнула, мгновенно обратившись в слух. – Если вы погибнете, ваш опекун меняразмажет гораздо основательнее парочки «Скворцов».

Ах, вон оно в чём дело…

Крис вздохнула, повесила голову и уставилась на порядком запылившиеся носки своих сапог.

– Не размажет, – сказала тихо, и голос предательски дрогнул. – Вам не стоит беспокоиться о гневе грандмастера Лунца. К тому же… – она вскинула голову и поймала взгляд Холфа. – Я лучше умру, чем вернусь под его опеку.

Кажется, Холф опешил. Вникать Крис не стала – метнулась к двери.

– Разрешите идти! – выпалила она и, не дожидаясь ответа, вылетела из рубки.

Глаза щипало от подступивших слёз.

Ник

«Дорогой Петер!

Утром получил весточку из госпиталя. Военврач сообщил, твоё состояние стабилизировалось, и угроза жизни миновала. Для меня это великая радость: теперь отправлюсь на задание со спокойной душой. До вылета нам остались считанные дни.

Как долго пробуду во Мраке не знаю и загадывать боюсь: сам знаешь, там даже время порой наперекосяк движется. Ты за меня не тревожься – геройствовать не планирую. При самых дерьмовых раскладах организую пару кругов по первым слоям, установлю место предполагаемого сигнала и сразу обратно. Сомневаюсь, что «Бесстрашный» уцелел. Скорее всего, это очередная злобная выходка Мрака. Он горазд на такие штуки. Помнишь, мы угодили в лабиринт миражей и чуть не расшиблись о скалы? А тот случай с призрачным галеоном? Вот и сейчас петрушка из той же оперы, сердцем чую.

Кстати, девчонка, возможно, не так уж безнадёжна. Смелая. Но безрассудная до одури! А меня, похоже, совсем не боится. Оно и к лучшему: трусам во Мраке не место.

Поправляйся скорее, Петер. Бионические протезы вернут тебя в строй, и мы снова будем летать вместе. Но сперва выпьем. Крепко и основательно. За встречу. В том Эйрийском кабачке в Рябиновом проулке. Помнишь, как тискал там грудастую брюнетку, а она оказалась медичкой из комиссии? Эх, были времена! Но ты не дрейфь, всё ещё наверстаем.

Пиши, как сможешь, старина. Тоскую по тебе, твой Ник».

Дата. Подпись.

Никлас пробежался глазами по написанному, удовлетворился и, аккуратно сложив лист, сунул в конверт. Старательно вывел адрес, а марку выбрал самую красивую – с нарядным бипланом времён Второй войны. Осталось отправить. Но это завтра, а пока…

Никлас плеснул себе коньяку: после такого дня не грех и выпить. Мысли роились стаями, и требовалось хоть немного привести ихв порядок.

Первое. Откуда здесь «Скворцы»? Это безопасный квадрат, обнесённый маскировочным щитом. Впрочем… Петера тоже сбили в безопасном квадрате. Если «Скворцы» так запросто наловчились проходить заслоны – дело дрянь. Не сегодня завтра они атакуют скважины добычи, а следом – парящие города, и тогда пиши пропало.

Второе – «Скворечник». База, с которой неопознанный враг совершает налёты. Матрос «Четыреста четвёртого» до самой смерти повторял это слово в бреду. Видел «Скворечник» во Мраке? Возможно. Но… почему никто прежде не обнаружил объект? Ник сам летал во Мрак не раз и не два, но не встречал ничего даже отдалённо напоминающего секретную авиабазу.