Книга Упс! Я призвала метаморфного монстра, страница 40 – Опал Рейн

(Картинка сгенерирована с помощью ИИ)

Глава двенадцатая

Скайлар перевернулась на бок, подальше от солнечного света, пробивавшегося в спальню через раздражающую щель между блэкаут-шторами и оконной рамой.

Мягкие чистые простыни зашуршали, когда она зарылась в них поглубже, и наконец решилась приоткрыть тяжелые веки. Солнечный свет отражался от высокого стакана воды, отбрасывая радугу на её темно-бордовую тумбочку. Рядом лежал телефон, подключенный к зарядке, и пончик на маленьком блюдце.

Она нахмурилась, глядя на всё это — она совершенно не помнила, чтобы приносила себе попить, поесть или ставила телефон на зарядку.

Собственно, она даже не помнила, как оказалась в кровати. Она сонно моргала после одного из самых лучших и долгих снов в своей… ну, вообще в жизни.

Что последнее я помню?

Часы секса слились в одну эротичную ночь из пота, стонов, спермы и слез. Хороших слез, конечно. Плакать было даже как-то целительно, потому что секс был просто невероятным.

Она коснулась фиолетовых простыней. Он перенес меня в кровать?

Щеки потеплели от мысли о том, как это было мило — особенно учитывая, что это куда приятнее, чем снова проснуться на полу.

Она нахмурилась. Нет. Я не просыпалась на полу.

Теперь, когда она знала о его другой форме, она по-иному вспомнила финальные детали их первого раза. Она лежала на нем, пока он ласкал её тело рукой и щупальцами. Тем утром он уже сменил форму — она просто этого не знала.

Он должен был исчезнуть с восходом солнца, а это как раз то время, когда в этот летний период всегда срабатывает её второй будильник.

Её губы тронула улыбка: события прошлой ночи прояснялись в памяти. Теперь вспомнила.Да, он перенес её в постель в какой-то момент после того, как она отключилась, и она просыпалась среди ночи от того, что он массировал ей спину и ноги. Он… баловал её, возможно, в знак благодарности за хорошо проведенное время, и от одной этой мысли сердце наполнилось нежностью.

Ты очень милый, Мистер Тентакли.А затем щеки снова вспыхнули: И очень порочный.Или, может быть, она сама снова раззадорила его, когда он пытался быть нежным.

Она смутно помнила, как стонала, когда он разминал затекшие, забитые мышцы, и как она сама виляла задом, прося еще. Особенно когда он массировал заднюю поверхность бедер, переходя к ягодицам, и её бедра отрывалисьот кровати — а киска трепетала от того, как его когти щекотали внутреннюю сторону бедер.

Он издал предупреждающий рык, когда прижал её бедра вниз, чтобы она перестала это делать, и рычание стало глубже, когда она не подчинилась. Она также помнила, как после того, как она во второй раз приподняла задницу с умоляющим стоном, он обхватил её ногами свои бедра и всадил два своих члена в её и без того распухшую, заезженную киску.

Погодите. Она села, и тонкое летнее одеяло сползло к талии, обнажая голую грудь. Она оглядела кровать. Я клянусь, она сломалась.

Сейчас кровать стояла ровно, но она точно помнила, как одна из ножек подломилась, и как она взвизгнула, когда вся конструкция рухнула на бок.

Запустив пальцы в волосы, она поскребла кожу головы, гадая, не привиделось ли ей это. Может, мне просто так хотелось воплотить фантазию о сломанной во время секса кровати.

Из-за опущенных штор она понятия не имела, который час.

Она потянулась за телефоном, точно зная, что не она ставила его на зарядку. Первым открытым приложением оказались будильники — оба были выключены, чего она никогда не делала.