Книга Искра вечного пламени, страница 80 – Пенн Коул

Священные, древние слова полились из меня — Обряд Концов, запрещенная молитва из старой религии смертных.

— «Окончен твой век, пусть свершится обмен. Отдай счастье жизни за мир, человек».

Молитва полилась с моих губ, а ноги Потомка заскользили по грязным камням. Он неспешно приблизился, и слова потекли быстрее, в такт ускорившемуся пульсу.

— «Не бойся, когда мрак развеется, уйдет вся боль, давай надеяться».

— Богохульница! — презрительно усмехнулся Потомок. — Отлично. Я буду спать спокойнее, зная, что ты заслужила смерть.

— «Все тайны судьбы отворятся лишь тем, чьи души покорятся».

— Смертные боги не помогут тебе, девочка. Может, Клан смилостивится над вами обоими.

Я крепче прижала к себе мальчика и зажмурилась.

— «В любви и покое бей челом, и святой наш псалом…»

Потомок нанес удар.

Мое тело сотрясла дрожь. Тот же странный ледяной жар, который я чувствовала во дворце и позже в лесу, залил каждую складочку, каждый изгиб моего тела, распаляя кожу волнами мороза и пламени.

За опущенными веками ярко пыхнуло, потом воцарилась зловещая тишина.

Мне хотелось что-то почувствовать — боль, удар или неведомую легкость, к которой поднимается каждый умерший. Но не было ничего — только мое тяжелое дыхание и уходящее ощущение настигнувшего меня секунды назад.

— Как? — пролепетал Потомок. — Как ты?..

Я разлепила веки.

Ничего не изменилось. Ребенок по-прежнему прижимался ко мне. Его мертвая мать неряшливой кучей по-прежнему лежала у стены. Потомок по-прежнему возвышался надо мной, разинув рот от потрясения.

Он промахнулся.

Промахнулся.

Потомок покачал головой:

— Но… Я ведь тебя ударил.

На свету ярко блеснул металл. Клинок Брека упал неподалеку от ног Потомка, если бы я только могла до него дотянуться, мне нужен всего лишь крохотный шанс…

Потомок проследил за моим взглядом. Почувствовав мое намерение, он бросился вперед с раскрытыми ладонями. Тени материализовались и уплотнились в залп острых как лезвия стрел.

Я подняла голову, когда тьма окружила меня. Снова ледяное покалывание. Снова ослепительная вспышка.

Я зажмурилась. А когда снова открыла глаза, в воздухе таяли струйки мерцающего дыма.

Потомок… снова промахнулся? Но я же видела атаку — стрелы летели прямиком в мое громко стучащее сердце. Они не могли промахнуться.

И тем не менее…

Наши с Потомком недоуменные взгляды встретились, но тут послышались крики и приближающиеся шаги.

Мой план…

— Пожар! — снова заорала я. — Пожар, все сюда, пожар!

В конце проулка собралась толпа, в том числе несколько дородных мужчин с ведрами, в которых плескалась вода.

Несколько лет назад меня вызвали в эти проулки к женщине, которую ударила ножом жена ее любовника. От ран она не умерла, но больше не смогла ходить. Она несколько часов звала на помощь, но никто не откликнулся, и тогда она поняла, что в Райском Ряду нет достаточно храбрых — или глупых, — чтобы откликнуться на зов совершенно чужого человека.

Но если бы она кричала про пожар… сложилось бы иначе. Пожар на этих плотно застроенных улицах за пару минут мог уничтожить целый район. Радичужого человека местные жители рисковать собой, может, и не станут, а ради своих домов и работы наверняка рискнут.

Люди, сейчас стоящие передо мной, вряд ли будут спасать меня от этого Потомка, но они могут стать зрителями. Достаточно и этого.