Книга (не)покорная для альфы, страница 19 – Евгения Зимина

Так противно от самой себя мне еще не было. Как я могла так быстро сдаться?

И в то же время его ласки… они дарили такое наслаждение…

Я дотронулась до себя, а потом резко подскочила. Он только этого и ждет. Что я стану умолять его меня брать. Не дождется. Забежала в ванную и встала под душ. Хочу смыть с себя его запах.

Когда я вышла в комнату, там меня поджидал сюрприз. Мира стояла у дверей, а на моей кровати сидела девушка. Красивая, породистая, смольно черные длинные волосы, собранные в высокий хвост. Сама она была в обтягивающих брюках и топе.

— Кто вы?

— Вот ты какая. — ответила она, высокомерно улыбаясь. — Подстилка альфы, которую придется терпеть в доме.

— Можете не терпеть. — ответила ей. Это, очевидно, очередная женщина альфы. Другим какой прок приходить глазеть на меня? Да еще и Мира ее впустила. Хотя говорила, что никому нельзя.

— Не дерзи. Знай своё место. Альфа услаждается Мириам, ее крики слышны на всё крыло. Очевидно, ты его совсем не удовлетворила.

— И не собиралась. — если бы ее глаза могли метать молниями, меня бы уже сожгло. Она иронично приподняла бровь.

— Перед гоном он всегда ненасытен. Обычно мы втроем его принимаем.

Я совсем забыла про гон. Вот, для чего мой двухдневный комнатный арест.

Гон — ежегодное мероприятие. В эти двое суток открываются все границы между районами. В каких-то кланах всё проходит в лесу, в каких-то на границе города и леса. Как здесь. Все свободные волчицы добровольно приходят к месту сбора. По сигналу они бегут. Куда угодно, им важно, чтобы их нашел тот, с кем заранее договорились. Если договариваться не с кем, то она достается первому, кто ее нагонит. Там же она должна отдаться ему. Бывает, что некоторые семьи прячут своих дочерей в загородных домах, окруженными охраной, если ее будущее предрешено заранее. Эта ночь дань традициям и Богине Луне. Хотя теперь скорее развлечение. Понятно, почему альфа берет сразу трех накануне. Ему нужно сбросить всю энергию до наступления суток гона. Только так он сможет противостоять силе Луны и остаться самим собой.

Обычные волки и даже беты не в силах сопротивляться зову. Каждыйволк, будучи свободным или связанным с кем-то принимает участие в этом действе.

Нежелающие, прячутся далеко в лесах, в нелюдимых местах, приковывая себя.

Оборот происходит неконтролируемо. Я даже рада, что мне придется двое суток просидеть в этой комнате. Только бы не шастали посторонние. Впервые я не ищу себе безопасный “уютный” подвал.

— И для чего ты мне это говоришь? Может тебе пора идти его услаждать? — я оторвалась от воспоминаний. Посмотрела на одну из его женщин. Интересно сколько их на самом деле? Тех, кто мечтает о нем. Благовеет. Она дико его ревнует, я вижу. Не ко мне. К этой Мириам.

— Я попрошу его об одном одолжении. Он никогда не отказывает нам перед гоном.

Мне это не интересно, я отворачиваюсь от нее и иду к столу, где уже убрано, и стоит графин с водой.

— Я попрошу его, чтобы ты присутствовала и смотрела на то, что никогда не будет твоим полностью. Запомни это. Он никогда не будет твоим. Будет приходить, трахать, вливать в тебя свое волчье семя, и уходить к достойной его.

— Это называется извращение. Ты знала?

— Тварь! — он резко встала и выскочила из комнаты. Мира, опустив глаза, стояла молча.