Книга Наживка для неуловимого Командора, страница 61 – Анна Кривенко

Марина нервно схватила меня за руку.

— Скорее, уходи! — зашептала на ухо, и я почувствовал, как в ней растет отчаяние. — Он пришел за тобой.

— А ты, оказывается, не так уж безнадежен, — подал голос безумец-соотечественник, прищурившись. — Смог разбить мой блок? Браво, малыш, браво!

— У тебя совсем совести не осталось??? — ответил, почти рыча. — Остановись, пока не поздно!

Глаза Одиэля засветились.

— Ты, кажется, слишком самонадеян, — ответил он, делаяшаг вперед и пытаясь продавить нас своей мощью, которой у него было в избытке. — Ты прямо вводишь меня в искушение не оставлять тебя в живых, а прикончить прямо здесь и сейчас…

* * *

Я наобум совершаю обманный маневр: выбрасываю руку вперед, словно собираюсь атаковать. Одиэль замирает, ощетинивается, сияние вокруг его тела становится ярче, а я хватаю Марину покрепче и из последних сил утаскиваю ее в подпространство. Комната дворца исчезает, а мы выныриваем прямо посреди грязной улочки города. Вместо покрытия на дороге утоптанная грязь. Дома вокруг покосившиеся, унылые, только в паре окон горит свет: на Акватонию опускаются сумерки.

Я не могу удержаться на ногах и падаю на одно колено, а Марина тотчас же подхватывает меня.

— Эмиль, — шепчет она отчаянно. — Как ты? Этот псих будет нас искать?

— Я… нормально, — отвечаю слабым голосом и отчаянно желаю уснуть прямо посреди дороги. — А Одиэль… сними с меня медальон и надень на себя. Тогда он не сможет прочувствовать направление, где нас искать.

Марина послушно выполняет просьбу, а потом заставляет меня подняться на ноги.

— Нам нужно спрятаться где-нибудь.

Тащит меня в проулок, находит какой-то навес из жести и усаживает на траву.

— Просто посиди, а еще лучше… — она пристраивается рядом и заглядывает мне в глаза, — а еще лучше — возьми немного моей жизненной силы, чтобы подкрепиться. Ну вы же, зоннёны, это хорошо умеете…

Смотрю на нее удивленно, только сейчас начиная осознавать, что она должна была уже тысячу раз догадаться о моем происхождении.

— Так ты знаешь…? — шепчу пересохшими губами.

Она печально улыбается.

— Знаешь, ты так скачешь в подпространство и обратно, что вывод напрашивается сам собой. Да и этот псих ненормальный немного просветил…

Я мрачнею.

— И что же он сказал?

— Да ничего особенного, — усмехается она. — Назвал тебя малышом, значит ты у нас юное создание, не так ли? Так сколько тебе лет?

Я смущенно отвожу глаза.

— Я молод по меркам зоннёнов, хотя Одиэль несколько преувеличил. На самом деле, мой возраст близок к среднему, и мне одиннадцать тысяч лет…

Глаза Марины широко распахиваются. Я невольно усмехаюсь.

— Да, мы разные, — произношу с легкой тоской в голосе, — но… для тебя это проблема?

Марина смотрит мне в глаза некоторое время и молчит,а потом вдруг протягивает руку и начинает вытирать собственным рукавом кровь, запекшуюся у меня на лице.

— Знаешь, ты на зоннёна вообще не похож. Так, студентик! Так что… и не надейся: почитать тебя, как божество, я не стану…

Она шутит. Я понимаю это и от нахлынывающего счастья хватаю девушку в объятья. Она шутит, значит никаких моральных барьеров между нами всё ещё нет! Она охает от неожиданности моих объятий, а потом замирает. Наши лица близко-близко.

Я перестаю улыбаться и с нежностью смотрю в дорогое лицо.

— Ты будешь со мной, Марина? — шепчу почти беззвучно, хотя обстановка вокруг к таким предложениям весьма не располагает: и Одиэль где-то на хвосте, и подворотня слишком грязная.