Книга Мой любимый Напарник, страница 137 – Анна Кривенко

Выключив влияние, я давала пленникам возможность прийти в себя.

Сигнал нашим людям Мо уже послал. Я верила ему. Он не лгал. Но услышат ли его и смогут ли прилететь вовремя, было под вопросом. В крайнем случае я надеялась, что Мо поможет захватить управление кораблем.

К моему изумлению, саалонец на судне был всего один – сам Шейхед. То ли скрывался от соотечественников, то ли предпочитал использовать «низшие» расы, но помощников у ящероподобного принца фактически не было. Это очень облегчало задачу.

За те часы, которые оставались до ужина, я «освободила» полторы сотни пленных, и некоторые из них впервые за очень долгий срок вышли из состояния овоща. Смотрели на меня удивлённо, но ещё не могли мыслить настолько трезво, чтобы задавать вопросы.

Наконец, я вернулась в свою камеру, едва не заблудившись в коридорах, и сделала это очень вовремя, потому что через несколько минут пришел Ошшар с тремя пакетами мерзкой еды и питья.

И хотя я была неимоверно голодна, но употреблять в пищу то, что мне предлагали, была не в состоянии. Выпила воду, с брезгливостью выбросила пакеты где-то в углу.

Парень снова вёл себя подобно безмозглому манекену, и в сердце что-то заныло при виде него.

«Ничего! Я еще всё исправлю!» - попыталась утешить саму себя и присела отдохнуть прямо на пол.

«Молодец! – послышался в разуме голос Мо. – Я не ожидал, что ты успеешь так много. Но дальше будет сложнее. В остальных камерах находятся буйные. Вряд ли тебе будет приятно слышать то, о чем они говорят…»

Я напряглась.

Надеюсь, моя нервная система это выдержит…

***

Мо однозначно ошибся, когда сказал, что буйные «говорят». Нет, они просто ОРАЛИ, проклинали, вопили, катались от боли по полу или же молча пускали слюни, доведенные до полусмерти «звуком». Я его не слышала, но воспоминания о нём заставили содрогнуться.

Шепча проклятия в адрес саалонца, я перебегала от одного щитка к другому и выключала «звук», всякий раз испытывая непреодолимое облечение. Еще один… отмучился. Наверное, отмучился. Несчастные падали ничком и не шевелились, словно отдыхая. Кто-то, пожалуй, вообще вырубался, а я всё сильнее ненавидела ящериц.

Кстати, мне встречались не только иширцы. Несколько десятков существ я определила в разряд цвиннов*. Внешнеони отличались от людей только наличием огромных полупрозрачных крыльев, которые мерцали на свету и периодически растворялись в воздухе. Я как-то слышала, что эта часть их тел полуэфирна и состоит из энергии. Та при желании уплотняется до такой степени, что становится материальной. Честно говоря, потрясающе красивое зрелище. Но искаженные в муках лица убивали восхищение на корню.

Я работала почти до самого рассвета.

Несколько раз едва не напоролась на киборгов-уборщиков, но Мо вовремя меня предупредил, а потом вообще влез в их черепушки и приказал меня не замечать. Это облегчило задачу, так что к утру я освободила от «звука» больше девяноста процентов пленных.

Оставшиеся узники находились в самой труднодоступной части судна – под лабораторией. Именно там, где хранилось сердце вездесущего Мо…

И хотя я смертельно устала и передвигалась только за счет личного упрямства, но решила не откладывать дело и пошла в сторону нужного корпуса. Однако на полпути меня нагнал оглушительный визг тревоги, ударивший по нервам кувалдой.