Книга Мой любимый Киборг, страница 18 – Анна Кривенко

Когда я был адмиралом, то тоже сколотил себе отряд. Хотел из мальчишек сделать настоящих вояк, относился к ним как к сыновьям. В этот отряд напросился мой племянник — Джерри Бонн. Ему тогда было восемнадцать. Худощавый, щуплый, золотоволосый — он рвался стать сильнее, чего-то достичь, а свои слабые физические данные с лихвой компенсировал живым умом и просто гениальными способностями к кибертехнике. Я занялся им основательно: натаскал в борьбе, научил его не только думать, то и мышцами работать. Он повзрослел, укрепился, все чаще радостно сиял своим ангельским лицом с задорными ямочками и, казалось, был счастлив. Он очень сдружился со своим соседом по комнате — Роном. Рон был обычно замкнутым, даже нелюдимым, хотя все нормативы сдавал без труда. Был силен и довольно привлекателен, и Джерри на фоне его постоянно казался слишком тощим.

Однажды они вместе остались на дополнительные занятия в бассейне. Я даже похвалил их за старания и ушел, однако, вспомнил, что забыл свои вещи и стремительно возвратился, застав мальчишек целующимися в воде.

Это было так дико и безумно, что я опешил и долгое время не мог сдвинуться с места, а они — малолетние идиоты — не удосужились даже уйти с прицела камер, которые фиксировали все это безобразие и передавали в Единый Центр Информации.

Я не остановил их. Просто ушел. Впалв ступор и не знал, что мне делать. Потом все-таки решил незамедлительно поговорить с Джерри, но задумался о том, что на этих двоих уже имеется неопровержимый компромат. Я, как адмирал, мог бы изъять эти записи и дать ребятам еще один шанс, но действовать такими темными, нечистыми методами мне не позволила моя тогдашняя воинская гордость, и я ничего не изъял. Просто поговорил с Джерри, призвал к ответственности, а на следующий день их обоих с позором изгнали из армии. Я не ожидал, что все произойдет так быстро, но новость о бесстыдных отношениях мальчиков разлетелась с космической скоростью. Кто-то даже огласил их имена. Через неделю я узнал, что Джерри… покончил с собой.

Меня это убило. Я не мог поверить в это и просто сошел с ума. Я понял, что своим бездействием и сохранением своей никому ненужной гордости погубил собственного племянника, и что его теперь уже не вернуть. Светлый талантливый мальчик с задорными ямочками на щеках — он умер по моей вине!

Я покинул армию и на несколько лет вообще выпал из жизни. Не мог больше выносить ни себя, ни свое существование. Только годы терапии помогли мне выкарабкаться и снова начать жить.

Мне предложили место ректора в ИВВА, и я согласился. В этом году наконец-то решился собрать свой отряд, и тут вдруг…

Сердце защемило, на душу накатил гнев. Я уже возненавидел этого Исида Ярла только потому, что он так походил на Джерри: тщедушный, мягкий, как девчонка, но с добрым светлым взглядом, в котором сквозил живой пытливый ум. И, что хуже всего — похоже влюбленный в собственного кузена! Как и мой Джерри когда-то в своего друга.

В первые же мгновения я захотел выпереть мальцов из Академии, чтобы занимались своими постыдными делами где-то подальше отсюда. Но испугался.

Испугался, что снова вышвырну чью-то жизнь на помойку и ничего для них не сделаю.

И вот теперь я терялся, раздражался, негодовал и… дико боялся. Что мне с ними делать? Позволить вытворять все, что заблагорассудится, и пусть сами отвечают за свои поступки? Нет! Я несу за них ответственность! Теперь это моя семья!