Книга Восьмая жена Синей Бороды 2, страница 13 – Ариша Дашковская

— Вам нужно переодеться, — заявила Энни.

Кристиан и Джером переглянулись, и Джером пробормотал:

— Как-то не по-людски это, при женщине.

— Мне выйти?

— Нет, я не то имел в виду, — замялся Джером. — Я посижу так, пока одежда не высохнет. Вы и так сделали доброе дело, позвав меня сюда, — он с благодарностью посмотрел на Кристиана. — На голову не капает и насквозь не продувает. Это уже хорошо.

— Вы заболеете, или хуже того умрете от простуды.

— Она права, — согласилсяКристиан, расстегивая пуговицы жюстокора.

— Вы можете не переживать, я смотреть не буду, — Энни подобрала ноги и отвернулась к стене.

Сразу же за ее спиной началась какая-то сумятица. Кристиан попросил Джерома подняться, чтобы можно было достать сухие вещи и одеяла из отсека дивана. В тесной карете переодеться двум мужчинам одновременно было не очень просто. К тому же оказалось, что одежда герцога не подходит Джерому по размеру. Вещи кучера остались в его котомке под козлами и, вероятно, безнадежно вымокли. Поэтому Кристиан не придумал ничего лучше, чем предложить Джерому закутаться в одеяло и подождать, пока его вещи не высохнут. Старик отнекивался, как мог, но в конце концов уступил хозяину.

Когда переодевание закончилось, и Энни смогла к ним повернуться, путники стали обсуждать, как им поступить. Решили, что как только погода наладится, Энни и Кристиан пойдут в ближайшее селение и попросят помощи, а кучер останется с лошадью и повозкой.

Буря утихла только на следующее утро.

Энни не выспалась — не столько из-за ветра и шума дождя, сколько из-за храпа Кристиана и непрекращающегося бормотания кучера. Джером искренне верил, что если он перестанет молиться, то какое-нибудь дерево непременно рухнет на них, а то и вовсе ветер опрокинет карету.

Утром Джером сонно пробормотал:

— Благодарю тебя, Господи, за то, что сохранил нам жизнь! — и тут же уснул.

Через какое-то время солнце, светящее в окно, разбудило Кристиана. Он потер затекшую шею и сразу огорошил злую, зевающую Энни тем, что нужно наскоро позавтракать и отправляться в путь. Они поели вяленого мяса, погрызли засохших булочек. Часть еды они взяли с собой, а часть оставили для Джерома. Оставлять Каргу на попечение Джерома Энни категорически отказалась. Птица могла испугаться, что хозяйка пропала, и улететь. Потому Энни обвязала грудь крест-накрест шалью, так чтобы можно было устроить в получившемся кармашке Каргу. Клетку Энни тащить не хотела, а Кристиан отказался, сказав, что неизвестно, сколько им придется идти пешком, а он и так несет узел с едой и вином.

Ворона поначалу сидеть в месте, приготовленном Энни, не хотела. Как только дверца кареты отворилась, она выпорхнула на улицу и сделала несколько больших кругов в небе. Налетавшись, она нагло опустилась на плечо Энни и глазела посторонам.

Энни подумала, что к тому времени, как они добредут до места, будут мало похожи на господ. Грязь быстро налипла на ее бархатные туфельки, а подол платья запачкался. Ноги намокли. Простудиться, гуляя с мокрыми ногами весь день, как раз плюнуть. Энни осмотрелась — вплоть до горизонта никакого намека на жилье, только бесконечные лес да поле.

Шли они не быстро. Приходилось обходить лужи и обломанные ветром ветки деревьев. Некоторые были такие большие, что занимали почти всю ширину дороги. Чтобы добраться до кареты с помощниками, потребуется расчищать дорогу.