Книга Восьмая жена Синей Бороды 2, страница 184 – Ариша Дашковская

— Я думаю, что мой дорогой супруг был искусным мастером. И я бы тоже хотела, чтобы мои знакомые и родные подходили к гробу и восхищались мной, как я когда-то восхищалась Розалиндой на ее похоронах. Мне жаль, что для меня такую куклу Дезмонд сделать не успел. Но вы можете посетить наш замок, и я с удовольствием покажу вам его заготовки. А еще удивительную галерею картин. Мой муж был одаренным художником. Вам хватит одного дня, чтобы полюбоваться его прекрасными произведениями, а я о каждом вам подробно расскажу. Здесь так редко встретишь человека, увлекающегося искусством.

— Э-э-э… Обязательно… Когда-нибудь… Вы же знаете, как много у меня работы.

— Конечно, господин прево, — вздохнула Энни, — я все понимаю, вы нарасхват. Тем более сейчас, когда на вас обрушилась слава. Все-таки вам удалось изловить легендарного ругару, — она едва заметно улыбнулась.

После мессы отец Дарион едва заметным кивком подозвал Энни к себе.

— Что от тебя хотел прево? — без цветистых вступлений спросил он.

— Выражал соболезнования.

— Энни, — он укоризненно покачал головой.

— Вынюхивал что-то.

— Мне вот тоже интересно. Три трупа, два из которых с ножевыми ранениями, а третий вообще обезглавлен. И ты один единственный человек, который может хоть что-то прояснить.

— Я их не убивала! Честно! Мои руки чисты, — она покрутила ладонями перед священником и, улыбнувшись, тихо добавила: — Но если вам не терпится узнать подробности, я их вам расскажу только на исповеди.

Спустя шесть лет

В гостиной замка де Бриенн было шумно. Нет, здесь не было веселых гостей. Шум производил четырехлетний Анри, скачущий на деревянной лошадке и размахивающий игрушечным мечом. За ним неслись, натыкаясь друг на друга и заливисто лая, пятеро пушистых щенков.

Их принесла хозяйка молочной фермы, расположенной в плодородной долине Бриенна.

— Заберите! Это ваш пес потерял, — с ходу начала она. — Три года моя порядочная Айма никак не может отказать вашему непорядочному кобелю. У меня уже не молочная ферма, а псарня какая-то. Мы уже работаем в убыток только на то, чтобы прокормить этих прожорливых псов. Новых мы уже не потянем, так что делайте с ними, что хотите.

Кристиан хотел было возразить, что Хок уже почтенный старик, но сходство было налицо и отпираться было бессмысленно.

— Сдавайся, негодяй! — увлеченно воскликнул Анри, направляя меч в сердце невидимого противника. Свора его преданных псов тут же разразилась лаем.

Хок лениво взглянул в их сторону, и снова, спрятав нос в огромных лапах, прикрыл глаза. В последнее время большую часть дня он спал, грея старые кости у камина.

— Папа, — капризно захныкала близняшка Анри Лаура, сидящая на коленях у отца. — Скажи ему, пусть не шумит.

Кристиан старательно расчесывал ее золотистые кудряшки, совсем такие же, как у Энни. Анри ему совсем не мешал, но чтобы не расстраивать дочь, он переадресовал просьбу своей супруге:

— Герцогиня де Бриенн, передайте, пожалуйста, младшемугерцогу де Бриенну, чтобы он вел себя потише.

— А сам? — отозвалась Энни, сооружавшая сложный букет из свежесрезанных садовых цветов.

— А сам я не готов вести сложные дискуссии. Я заплетаю волосы нашей принцессе, а это очень ответственно.

— Анри! — крикнула Энни. — Ты можешь кричать и топать потише?

Мальчишка покачал головой и загарцевал с удвоенной силой.