Книга Восьмая жена Синей Бороды 2, страница 43 – Ариша Дашковская

— Я не умею танцевать, а вы хотите опозорить меня перед всеми этими людьми.

— Прекрасно исполненный менуэт ввел меня в заблуждение. Вы, кстати, научились изящным реверансам. Хотя те, что вы делали раньше, были куда очаровательней.

— Сомнительный комплимент.

— Я отправил лошадей этому жадному старосте, хотя отправить к нему головореза было бы куда дешевле и проще.

— И вы приехали сюда, чтобы рассказать мне об этом. Отец вернет вам лошадей. Вам достаточно было показать ему письмо от меня.

— Нет. Я приехал, чтобы спасти вас.

— Спасти? От чего?

— Вы вечно попадаете в беду. И если вам пришлось обратиться ко мне за помощью, значит, тот, кто рядом с вами снова не может вас защитить. Вы сами дали мне подсказку, где вас искать. Если бы не хотели, вы бы писали по-другому.

— Я не помню, что я писала, — растерянно пробормотала Энни. — Но теперь- то вы убедились, что спасать меня не от кого.

— Есть. Вы просто сами этого еще не понимаете.

— Вы потому не поздравили меня с помолвкой?

— Вас не с чем поздравлять. Вы заслуживаете куда большего.

— Например?

— Разве вы сами ничего не замечаете?

— Нет.

— Вот потому вам нужно помочь увидеть то, что вы не можете увидеть.

— Вы говорите загадками.

— Вы же их так любите. Отгадывайте.

Герцог Уэйн, увидев полную, затянутую в роскошный костюм фигуру церемониймейстера, оставил ненадолго Эниану одну. Договориться у него получилось довольно быстро. Церемониймейстер засеменил мелкими шажками к музыкантам и объявил гавот.

Поневоле гостям пришлось принимать участие в танце. Дамы задирали пышные юбки. Мужчины смешно выкидывали коленца. Все раскраснелись и запыхались. Но проигнорировать желание герцога смогли только гости почтенного возраста. Некоторые посмеивались про себя над теми, кто скакал сейчас по залу, подобно горным козочкам.

Руки и ноги Энианы двигались легко и непринужденно, а мозг в это время закипал от мыслей. Зачем герцогу понадобилось приезжать? Что он мог прочитать между строк в ее письме? И действительно ли сама Эниана послужила причиной его приезда? Возможно, он просто решил ее подразнить, потому так и сказал. Да и в целом его реакция на объявление о помолвке была странной. Будто его самолюбие было чем-то задето. А еще ему не понравилось, что Кристиан поддержал решение Энни не танцевать с ним. Да и Беатрисса вела себя с ним так, будто желала угодить. Не слишком ли много чести для герцога, живущего в провинции в глухом лесу?

Герцог танцевал так, будто всю жизнь только тем и занимался, что гавот отплясывал. Судя по выражению лица, он был одним из немногих, кто получал удовольствие от танца. Остальные пытались изобразить на постных лицах подобие улыбки. Все же хороводы водить приходится не часто.

После танца герцог поблагодарил Эниану, сопроводил ее к Беатриссе, а затем растворился в толпе, будто его и не было. По пути он не сказал Энни ни слова, поэтому она продолжала оставаться в неведении по поводу мотивов его появления. Что-то ее настораживало и даже пугало. Даже Беатрисса заметила, что Энни не по себе.

— Голова разболелась, — соврала Энни, и в ту же минуту почувствовала, как боль сдавила виски. — Мне бы хотелось отдохнуть. Музыка слишком громкая. Свет яркий, — она поморщилась. — Но если того требуют правила приличия, я останусь.