Книга Негодный подарок для наследника. Снежные узы, страница 7 – Мария Вельская

И нет, я их не приглашала. Похоже, снова проделки маман.

— Бизнес есть бизнес, дорогая, оставь свои глупые детские обидки! — Передразнила.

Да нет ничего важнее настоящей дружбы. Только она с тобой и останется, случись что, а вовсе не "бизнес".

Хочу домой, в кроватку, в глушь, в деревеньку! Чтобы лежать на печи барыней, чтобы крендельки и пряники подовые на подносе гжельском, расписном, влюбиться в царевича (не дурака), и поймать пару золотых рыбок. А не вот это все!

Но подругу бросать в таком состоянии нельзя. Так что оделась, Алиска, и марш штурмовать сугробы!

Кто ж знал, что все так обернется! Только и успела, доковыляв аж до самого крутого берега злополучной речки, увидеть Лильку-змеищу с искаженным от ужаса лицом, да уставиться глупо, открыв рот, на то, как дорогая подружка, радостно булькнув, скрывается в свежей, ее тельцем пробитой полынье — а потом…

Тараканы в ряд, по порядку рассчитайсь!

Прорубь полыхнула ярким иссиня-темным светом. И, клянусь, я почти увидела, как отчаянно бьющийся силуэт Данки вдруг исчез!

Под каблук попал камешек. И я бы не упала — но невесть откуда налетел ветер, со всей дури толкнул в спину — и полетела Алиса ласточкойвниз, прямо в кроличью полынью вместо норы!

В ледяную заводь!

— Все, песец котенку! — Мелькнула заполошная мысль.

И вот, что странно. Я точно видела, как Лильская летела вслед за мной. А потом, у самой воды, ее отшвырнуло, как на батуте, назад, на берег. А я полетела дальше!

Лютый холод выбил дух, свёл зубы, заставил тело окоченеть. Ни вдохнуть, ни выдохнуть! Страшно? Жутко так, что даже не крикнуть! И никакая жизнь перед глазами не проносится, метель ее пожри!

На миг, на единый миг я увидела то, что видеть себе запретила. Иной мир.

И озеро древнее, пронизанное непонятной силой, и душ загубленных в нем…

А потом меня окутал теплый рассеянный свет. Закружил, завьюжил, затанцевал — и швырнул с грохотом мои косточки на бренную землю.

— Да чтоб тебя, Лилька, ни один мужик замуж не позвал! Скотина бессовестная! Что ещё за фокусы магические? Твои подружки устроили?! Вот я тебе! — Я закашлялась, воинственно потрясая руками.

И застыла. С моего когда-то роскошного вечернего платья капала вода. Шуба больше напоминала останки зверя, который долго и нещадно линял. В сапогах рычало и фырчало.

Было ужасно холодно.

— Что проис… — Голос сорвался.

Я застыла с глупо приоткрытым ртом, вертя головой.

Я не была в озере и уж точно не лежала в сугробе, на берегу, у пологого опасного склона, покрытого льдом и снегом. Здесь не было Лильки, пронзительного ветра и леденящего холода.

Огромная спальня терялась во мраке — ее освещали только несколько высоких подсвечников, увенчанных головами неведомых тварей.

Я вдохнула спертый воздух. Здесь пахло тонкой ноткой незнакомых благовоний и смесью мороза и мяты.

Неловко повернулась, пытаясь понять, что происходит — и где здесь выход.

В нос ударил резкий аромат. Непонятный. Острый. От него закололо под ребрами, я шагнула вперёд, натолкнулась на что-то твердое, замахала руками — и поняла, что падаю.

Навзничь.

Но даже закричать не успела — приземление вышло жёстким.

— Ох! — Из горла вырвался сип.

Возникло ощущение, что я несчастная Василиса из русской народной сказки, которой всё-таки не повезло познакомиться с Кощеем… наощупь!