Книга Жена из забытого прошлого, страница 57 – Татьяна Зинина

– Помогите!!! – закричала я, внезапно прорезавшимся голосом.

Боль заставила встряхнуться, мне даже удалось сесть и попытаться сбить пламя руками. Огонь перекинулся на тунику, начал подниматься по рукавам. Я снова закричала, попыталась призвать водную магию, но та не слушалась.

Кое-как сбив часть пламени, я поднялась на четвереньки и продолжила ползти к выходу. В голове гудело, мысли застило вязкой паникой, думать почти не получалось. Я просто двигалась к цели, понимая, что только так смогу спастись. И далеко не сразу уловила за дверью подозрительный треск… а когда всё же смогла её открыть, с ужасом увидела, что весь коридор объят пламенем.

Отпрянула оттуда так быстро, как только могла в своём вялом состоянии. Дышать стало тяжело, всё пространство давно заволокло дымом, я попыталась натянуть обгорелый край туники на лицо, но это не помогло.

У меня остался один выход – окно. Но вокруг него тоже бушевал огонь, да и я не чувствовала в себе сил добраться туда. И всё же я попыталась. Кашляла, падала, но всё равно продолжала двигаться. Ползла… пока не рухнула на пол, уже не в состоянии подняться.

Лёгкие горели, глаза слезились, каждый вдох приносил только боль…

И в этот момент я отчётливо поняла, что не выберусь. Не смогу. Была бы у меня моя магия, я просто подчинила бы огонь, но сейчас у меня совсем не осталось сил на борьбу.

Закрыв глаза, обхватила рукой золотой кулон – первый подарок Кая, и попыталась напитать его силой. Это ведь защитный артефакт, так почему же он не защищает?

И вдруг краем сознания уловила движение сбоку. Раздался звон стекла, будто кто-то разбил окно… и я даже попыталась разобрать, что происходит, но уже не смогла открыть глаза. Сознание поплыло, наконец, даруя забытье. Огонь пропал, дым исчез, и я погрузилась в спокойную тихую тьму.

***

– Верзалия, успокойтесь, – донёсся до меня смутнознакомый голос. – Она поправится. Да, на это потребуется много времени, но однажды Карин станет прежней.

– Вы разве не понимаете?! Её пытались убить! А когда узнают, что она жива, то вернутся, чтобы закончить начатое, – зло, холодно и как-то истерично ответила мама.

– Понимаю. Поэтому вам с ней нужно уехать, – сказал Адалис. Теперь я поняла, что с мамой говорил именно он. – Я помогу добраться до границы, договорюсь о переходе. У меня есть знакомые в Изерфите.

– Мы не поедем в Изерфит, – резко ответила мама. – Отправимся в Шараз. Там знакомые есть у меня. Точнее, один знакомый, и, если он хотя бы попытается отказать мне в помощи, ему придётся очень несладко.

– С таким настроем никто в здравом уме вам помогать не станет, – попытался осадить её ректор.

– Простите, – мама виновато вздохнула.

Я попыталась открыть глаза, получилось не с первого раза. Глаза не слушались, слезились, в них ощущалась резь. Но когда зрение хоть немного сфокусировалось, стало ясно, что очнулась я в полутёмном помещении с белыми стенами. Свет сюда попадал из приоткрытой двери коридора, где, собственно, и проходил разговор между мамой и ректором.

– Я понимаю, вы не в себе, – мягко произнёс Адалис. – Отдохните. Жизни Карин ничего не угрожает. Она скоро очнётся, нужно будет обработать ожоги, дать ей обезболивающее, восстанавливающие зелья. Справитесь?

– Конечно, – поспешила ответить мама. – Вы уходите?