Книга Служанка ректора Академии военных драконов, страница 69 – Юлия Удалова

Подробнее об этой, моей истории, и о том, где можно найти книгу

- в моих соцсетях, которые можно найти во вкладке "Обо мне"

Едва выйдя в коридор, обессилено прижалась к стене.

Меня легонько потряхивало.

При воспоминании о том, как я прикасалась к ректору и как на него смотрела, внутри поднималась волна темных эмоций.

И то, как он смотрел на меня…

Я была под воздействием Рояна Эльчина и не отдавала отчет в том, что делаю!

Нельзя винить себя за то, что произошло.

В какой-то степени можно даже поблагодарить офицера.

Оказавшись в настолько критической ситуации, я смогла поставить ментальный щит, чтобы избежать позорного продолжения.

Как там Уинфорд говорил на занятии?

Нужно представить сферу из своего материала. Рубиновые драконы представляют рубины, изумрдные – изумруды или малахит…

А у меня было золото.

Я хорошо помню этот ослепляющий блеск перед своим мысленным взором – он поглотил ту поганую зелень, то болото, в которое меня затягивал приказ Эльчина и вернул мне ясность разума и свободу воли.

Золото?

Но золотой драконьей крови не существует.

Стеклянная, янтарная, сапфировая, изумрудная, королевская рубиновая и редкая черная, как у Лейтона. Самая сильная и могущественная.

Все учебные пособия, находящиеся в доступной мне секции Башни фолиантов, утверждали только одно.

У драконов шесть общепризнанных и подтвержденных дракомером групп крови. Каждой группе крови принадлежит свой драгоценный или полудрагоценный минерал, служащий своеобразным аккумулятором превращения. Они даже гребаную форму носят в цветах своей крови!

Для молодых и еще неопытных драконов важно найти свой камень, который будет помогать учиться обороту и контролю над ним. На первом курсе АВД все кадеты прошли специальный практикум по геммологи в Пещере камней, на котором каждый определил свой камень, который откликается именно ему.

Тессе ни один минерал не откликнулся, и в итоге она по совету преподавателя остановилась на цитрине. Вроде как желтая кровь – желтый камень.

Именно с ним Тесс старательно пыталась наладить связь на протяжении всего практикума, чтоб цитрин помог ей обратиться в дракона.

Но что, если ей изначально нужно было работать с золотом?

Только золото – металл. Был ли он вообще в мастерской камней, в которой проходил практикум?

Интересно, какой активатор у Уинфорда? Ректор очень силен и, в отличие от кадетов, никакиекамушки для обращения ему не нужны.

И все-таки, когда он только учился оборачиваться в злобного черного дракона, существовал камень, который ему в этом помогал?

Опал, агат, антрацит?

Или всесильный потомок драконов-завоевателей никогда не разменивался на такие мелочи?

Может, я сейчас думаю не о том?

Если существует седьмая группа крови, золотая кровь, неужто об этом не знали бы преподаватели АВД и сам ректор?

Неужели бы не рассказали об этом Тессе?

Я нахмурилась.

А так ли эта доверчивая девочка могла доверять всем этим высокоровным?

Нужно узнать правду о своем происхождении.

В смысле – о происхождении Тессы, свое-то я знала. Но я уже настолько вжилась в это тело, что оно кажется мне родным, будто бы я и родилась в нем.

Я опустила взгляд и поняла, что до сих пор сжимаю в руках толстые шелестящие купюры, которые дал мне Уинфорд.

Водяной знак в виде дракона в короне ярко блеснул голографией в приглушенном свете коридора.