Книга Танец для ледяного мага, страница 35 – Ти Шарэль

Временами отчаяние накрывало меня с головой, оставляя после каждого приступа боль в сердце. Причем это не было фигурой речи, я действительно начал испытывать сильные боли в левом подреберье, и иногда в кистях рук. Сначала не обращал внимания, принимая как данность тот факт, что одаренные не болеют, но боли продолжались и как будто усиливались.

Привычно поискал информацию об этом в Библиотеке, и прочитанное меня не порадовало. Оказалось, что это действие моей собственной, вышедшей из-под контроля магии. Не нужно быть гением, чтобы понять, когда и как это случилось в первый раз — я прекрасно помнил ледяные поручни в моем клубе. Тогда и начались эти странные всплески.

И чем больше негативных эмоций я испытывал, тем сильнее холод действовал на кровеносные сосуды, замораживая их. В основном в сердце. "Бомба замедленного действия", — хмыкнуля про себя и постарался больше об этом не думать.

Чтобы чем-то себя занять, я планировал посетить столичный весенний бал, но меня перехватил Стан, пригласив сделать это в Германии. Пытался отказаться, сославшись на отсутствие должного настроя, да и повода, но рыжий проявил завидное рвение. Сам не заметил, как уже сидел в самолёте с конечным пунктом в Дрездене.

Стан встретил меня в аэропорту и, снова удивляя, привез не в гостиницу, а к себе домой.

— Хреново выглядишь, — выдал он, наливая мне виски.

Мы сидели на его холостяцкой кухне, напичканной электроникой так, что я даже не стал пытаться угадывать — что есть что.

— Примерно так себя и чувствую, — вяло согласился я, привычно охлаждая бокал.

— Чего так?

— Дурацкая история, даже не хочу об этом говорить.

— Твое право, — не стал настаивать рыжий, — ты прости мне моё любопытство, но давно хотел узнать одну вещь.

— И какую?

Стан помолчал. Потом встал, словно спохватившись, достал из холодильника сырную и мясную нарезку и поставил между нами. Потом продолжил:

— Ты же знаешь, кто моя крестница?

— Знаю, — я не понимал к чему он клонит и зачем вспоминает сейчас Ингу.

— Она подала заявку на подбор новой пары.

— Правда? — я по-прежнему не врубался, что ему нужно. Потом до меня дошло, — что значит подала заявку? Она же по нашим законам несовершеннолетняя.

— Естественно. Поэтому от ее имени запрос сделали родители. Сразу после того, как она к ним вернулась.

Я помолчал, переваривая информацию. Еще один удар в моей, итак ставшей сплошной черной полосой, жизни. Ворон ведь ни словом не обмолвился об этом. Знал же, что я чувствую себя до сих пор виноватым в побеге его дочери, и даже не подумал снять с меня этот груз.

— Вижу, что для тебя это новость, — продолжил Стан, внимательно меня разглядывая.

— Да уж, — процедил я, болезненно морщась от боли в руках, — меня в известность не поставили.

— Ну а кто ты им? — беспечно отозвался рыжий, но его цепкий взгляд по-прежнему не открывался от моего лица, изучая реакцию, — бывший друг, бывший возлюбленный, бывший начертанный их дочери. Все время бывший. Кстати, почему отказался от Инги? Другие в очередь стоят, а ты так легко оттолкнул девочку.

— На ней проклятие, тебе ли не знать? — раздражённо ответил я, все еще борясь с болью, —мне хватило заморочек с Катериной.

— Проклятие? — наиграно удивился Стан, — разве ты не знаешь?

— Не знаю что? — боль в сосудах достигла своего апогея, я уже очень жалел, что приехал сюда и узнал столько нового. Порою, счастье в неведении.