Книга Танец для ледяного мага, страница 76 – Ти Шарэль

Я ушла тихо, сделав вид, что провожаю очередную партию гостей. Села в заранее вызванное такси и уже по дороге купила билеты на ближайший самолёт. Он был в столицу, а мне было безразлично куда, лишь бы подальше и побыстрее.

На пункте проверки документов в аэропорту, служащий долго приглядывался к моим документам, потом уточнил:

— Вы в линзах?

Я моргнула, пытаясь сосредоточиться на вопросе. Он снова взглянул мне в глаза, и лицо его удивлённо вытянулось:

— Прошу прощения, мне показалось.

Я тогда не обратила внимания на эту заминку, снова погрузившись в болезненные воспоминания. В них же я провела весь полет, отказавшись от развлечений и еды. Удивилась, заметив, что все уже выходят и, только глянув в иллюминатор, поняла. Прилетали.

Первую квартиру сняла с бесплатного терминала прямо в аэропорту, чтобы не светить свои документы. Получила ключи, прошла по комнатам. Я не помню те апартаменты совсем. Только кровать и устаревший компьютер. Брас я оставила в ресторане, но чувство вины перед родителями и тревожность все усиливались, поэтому я оставила сообщениев чатруме.

Еще помню зеркало в ванной. Саму ванную не помню совсем, а вот огромное зеркало над раковиной запало в память. Я стояла перед ним, охлаждая ледяной водой воспаленные глаза, а в голову все лезли и лезли мысли о начертанном и той блондинке. Я даже вспомнила, как мама выдохнула ее имя "Эвелин". Потрясающе красивая девушка. Не то, что я. Я с ненавистью уставилась в зеркало на свои рыжие кудри, взлохмаченные, мокрые и оттого еще больше закручивающиеся колечками. Так захотелось быть похожей на блондинку, что я зажмурилась, а когда открыла глаза — завопила. Из зеркала на меня смотрела светловолосая Эвелин, хотя и по-прежнему мокрая и заплаканная. Так я получила свою редкую способность.

Глава 21 Инга

— Ты хотел поговорить, — неуверенно сказала я Мэтту, чтобы занять словами повисшую в комнате тишину.

— Мне так плохо без тебя, — неожиданно сказал он, и я замерла, чувствуя, как цепляют душу его слова. А дальнейшие признания просто заставили судорожно глотать воздух от нахлынувших эмоций. Мне хотелось сразу бросится любимому на шею, таким потерянным и застывшим он был, но еще мне было жизненно необходимо разобраться во всем до конца, и я спросила, стараясь, чтобы мой голос звучал как можно небрежнее:

— Пока ты не встретил меня снова, там в Праге, ты больше ни к кому не испытывал похожих чувств?

И замерла, взволнованно ожидая ответа. Если соврет, скажет, что ничего не было, то… Не знаю, что делала бы я. Просто не успела придумать. И, к счастью, не пришлось.

— Однажды, — начал рассказывать Мэтт негромко и неторопливо, неотрывно глядя мне в лицо, — я увидел девушку в своем клубе. Одну из танцовщиц. Брюнетку с яркими синими глазами…

— Почему ты не сказал этого? Тогда, в доме родителей? — напряженно спросила я, когда он закончил.

— Ты плакала, я у тебя уже был начертанный. Желание защитить оказалось сильнее, чем необходимость заполучить.

У меня защипало в глазах и, почему-то в носу. Нужно признаться ему, что Александра Еремеева — это и есть я. Но потом, а пока…

— Дурак, — всхлипнула я, но при этом счастливо улыбнулась.

Мэтт подошел так быстро, что я сама не заметила, как оказалась в его объятьях. Таких желанных и таких долгожданных. А потом был поцелуй — не похожий ни на один из предыдущих — Мэтт словно позволял мне вести себя засобой, давая полную свободу, предоставляя действовать так, как хочется мне. И я отчетливо поняла, что мне очень даже хочется. И многого.