Книга Соблазнение в академии, страница 120 – Ти Шарэль

Так и знала, что во дворце непременно найдется место, где можно спрятаться и незаметно наблюдать за присутствующими. Не удивлюсь, что такие тайники устроены в каждом кабинете, но именно в этом мне бывать не приходилось.

Государь выбрал для встречи один из малых залов. Со своего места я прекрасно видела огромное кресло-трон и правую руку дяди, лежащую на подлокотнике. Черняхова скрывало кресло, зато диван для Демьяна и Ады был виден как на ладони.

Граф и дядя обсуждали предстоящую встречу, и благодаря улавливающему звук артефакту я слышала каждое слово.

Слуга объявил о гостях, и я поддалась вперед, стараясь разглядеть Демьяна сквозь тонкие рейки дверцы. Браслет нагрелся, но пока это ни о чем не говорило. Артефакт мог реагировать на Демьяна, а не Аду.

— Садитесь, гости дорогие, — предложил государь после нескольких минут положенных приветствий, — сейчас накроют на стол.

Демьян дождался, пока сядет Ада, и устроился рядом. Я почувствовала, как мои пальцы немеют и заставила себя расслабиться.

Ада украдкой оглядывалась по сторонам. На ее лице блуждала легкая улыбка, поза не выдавала никакого беспокойства. Ян казался отрешенным, задумчивым и напряженным.

Пока слуги накрывали на невысокий овальный стол между креслами, Юрий Михайлович расспрашивал Демьяна о работе и, кажется, был обескуражен ответами. Я слышала его преувеличено удивленный голос:

— Ни разу? Вы ни разу не появились в мастерской после помолвки?

— Да, — мне показалось, что Ян сам озадачен. Мастерская была его страстью настолько же, насколько моей был театр. — Не могу сосредоточиться на работе.

«Видимо, все силы уходят на Аду», — промелькнула горькая мысль. Глаза наполнились непрошеной влагой, которую я не стала промокать. В комнате повисла тишина, разбавленная тонким звяканьем фарфора, шорохом ткани и тихим покашливанием графа.

— Ада, вы очаровательны, — дядя дождался, пока пройдут положенные для обеда минуты тишины и гости утолят первый голод. — Давно хотел познакомиться ближе.

— Я мечтала об этом моменте, — тут же отозвалась Ада. И даже моей предвзятости не хватило, чтобы уловить фальшь в красивом грудном голосе.

Полчаса, во время которых дядя и Черняхов задавали Аде и Демьяну пространные вежливые вопросы, тянулись бесконечно. Сиденье, поначалумягкое и комфортное, начало казаться жестким и неудобным. Я поерзала, переместила вес на бедро, но и оно вскоре затекло. Браслет был все таким же горячим — не обжигающим, но снять его хотелось немедля.

— Государь, — дождавшись паузы, наконец сказал Черняхов, — графа Вольского вызывает князь Пермский. Мне перенаправили сообщение на доску. Что-то срочное.

— Ну, если срочное, — добродушно прогудел дядя, — пусть идет. Но вы, дитя, побудьте еще немного со стариками.

Ада занервничала. Проводила Демьяна беспокойным взглядом, села так, словно готовясь выскочить следом за Вольским, и с опаской уставилась на дядю.

Браслет оставался все таким же горячим. Я медленно наклонилась и подняла с пола свою доску.

«Горячий!»

«Выждем немного», — пришел ответ от Черняхова, и почти немедленно я услышала его вопрос:

— Как вам Держава? После Земли Обетованной, наверное, холодно?

Ада бросила быстрый взгляд на дядю, но тут же отвела его. Уставилась на стол, на котором остались только фрукты.