Книга Проект "Женить Дракона". Дедлайн: вчера!, страница 91 – Екатерина Незабудкина

— Это… технологии, — улыбнулась я. — Привет из моего мира.

Я надела браслет на запястье. Он тут же мягко, но плотно обхватил мою руку, и на его гладкой поверхности замерцали непонятные Каэлану голографические символы. — Это персональный коммуникатор и био-монитор, — объяснила я, чувствуя себя немного волшебницей. — Теперь я смогу связаться с Эвридикой в любой момент. К тому же, он следит за моим здоровьем. Полезная вещь, когда выходишь замуж за бессмертного.

Затем я взяла диск.

— А это… это самое главное.

Я нажала на его край. Диск ожил, и из него прямо в воздух, в дрожащие частицы света, спроецировалось объемное, живое изображение. Фотография. Мои мама и папа, улыбающиеся, стоят в обнимку у нашего старого дачного домика. Живые, настоящие, счастливые.

— Это мои родители, — прошептала я, и слезы, которые я так старательно сдерживала весь день, снова подступили к глазам. — Эвридика обещала присматривать за ними. Теперь… теперь я смогу их видеть.

Каэлан молча обнял меня сзади, положив подбородок мне на плечо. Он смотрел на улыбающиеся лица людей из другого мира, из другого времени, с той же нежностью, что и я.

— Ты на них очень похожа, — тихо сказал он. — У твоей мамы такая же улыбка.

Я была безмерно, абсолютно, до боли в груди счастлива. Всё было идеально. Настолько идеально, что казалось нереальным.

Именно в этот момент я почувствовала это. Легкий, едва заметный укол ледяного холода. Словно кто-то подул мне в затылок морозным, могильным ветром. Я вздрогнула и резко обернулась. Никого. Только полог шатра, лениво колышущийся на теплом летнем ветру.

— Что такое? — мгновенно спросил Каэлан, почувствовав, как напряглось моё тело в его руках.

— Ничего… показалось, — я попыталась выдавить улыбку, но ледяное чувство тревоги не проходило, расползаясь по венам.

Мой взгляд снова метнулся к выходу из шатра. И в этот раз я увидела. Не фигуру. Лишь разрыв в реальности, пятно тьмы в тени деревьев, где не должно было быть тени. И в этой тьме на долю секунды вспыхнули два глаза, полные концентрированной, выжигающей ненависти, направленной прямона меня. Изольда. Её присутствие было как трещина в шедевре, как фальшивая нота в идеальной мелодии. Тьма сгустилась и исчезла. Она растворилась во мраке ночного леса, и я отчаянно понадеялась, что она исчезла и из нашей жизни. Но холод на моей коже говорил об обратном.

Прошел год.

Год, который превратил сказку в реальность. Башня перестала быть мрачным шпилем на горизонте и превратилась в сердце процветающих земель. Я, леди Валерия, научилась не только составлять торговые договоры с гномами, но и отличать по голосу двадцать видов певчих птиц, живущих в лесах моего мужа. Моего мужа. Я до сих пор произносила это про себя с лёгким трепетом.

Каэлан изменился. Нет, он не стал мягким или сентиментальным. Сарказм всё ещё был его любимым средством общения с напыщенными лордами, а его взгляд мог заморозить зарвавшегося чиновника на месте. Но лёд в его душе окончательно растаял. Теперь он смеялся — часто, открыто, особенно когда Физз пытался применить мои методы тайм-менеджмента к организации беличьих запасов на зиму. Он снова начал писать — не мемуары о боли, а трактаты о магии, истории, философии. Он снова начал жить.

Наша жизнь была наполнена работой и любовью, которые оказались неразрывно связаны. Утром мы могли спорить до хрипоты над планом постройки новой мельницы, а вечером, у камина, он читал мне стихи на древнем драконьем языке, и я, не понимая ни слова, понимала все по интонации его голоса.