Книга По воле стихий, страница 94 – Ирина Дан

И всё. Стоило только последней капле покинуть моё тело, как сознание решило покинуть меня. Я упала на землю. Гаснувшее восприятие увидело белую снежинку, которая неспешно, даже лениво упала на моё лицо.

* * *

В себя возвращалось долго и тяжело. Я плыла в небытие, потом слышались голоса, вновь небытие и так по кругу. Пока я не смогла открыть глаза. Мне предстал вид на тряпичный шатёр, небольшой, но уютный. Справа оказалось кресло, у изголовья небольшой столик, над ним окошко.На улице был день.

Повернулась, чтобы понять, что за печка греет меня слева и притихла. Кенвуд.

Старшекурсник лежал поверх одеяла в одежде, замученное выражение лица, будто он болеет и сейчас именно для него подготовили этот шатер.

Со стороны входа послышались шаги. Трусливо прикрыла глаза и затаила дыхание. Визитер особо не скрывался и не старался быть тише. На столик что-то опустилось, кресло заскрипело, принимая на себя вес мужчины.

Приоткрыла один глаз. Возле нашей лежанки расположился Герард, уставший и замученный. Глаза закрыты. Сердце сжалось при виде сломленного мужчины. Ведь именно он является для меня оплотом силы, уверенности.

— Иди ко мне, — вытянула руку из-под пледа.

Герард в неверии распахнул глаза, он смотрел на мою ладонь, как на великое чудо.

Но слов больше не потребовалось, мужчина скинул куртку и обувь, чтобы в следующую секунду крепко, до хруста в костях сжать меня под одеялом.

Вдохнула запах любимого, дорого и родного человека, обняла в ответ, выражая этим свою признательность и любовь.

Нежный, тягучий поцелуй. Мои руки сами подлезли под футболку мужчины, ногти сами начали царапать пресс мужчины.

Вру.

Я этого хотела, жаждала, желала. Как ничего другого в этом мире. Только я и любимый человек. Только признание, что мы живы, что ещё не все потеряно.

Герард не отставал от меня. Ночная сорочка полетела куда-то за пределы видимости. Я, голая и возбуждённая, оседлала мужчину. Ноготками провела по соскам любовника, следом вела языком, выводя странные узоры, прикусывая и зализывая места укусов. Промежностью водя по плоти, заключенной в штаны. Тихие рыки и стоны были мне наградой.

Махнула рукой, создавая свой излюбленный в последнее время щит. Перед глазами заплясали мушки.

— Что же ты творишь, душа моя? — Герард аккуратно переложил меня на кровать, заглядывая встревоженно в глаза. — Ты в порядке?

Кивнула. Я правда почувствовала себя намного лучше, первая слабость прошла, но возбуждение и не думало меня покидать. Облизнула губы со всей способностью к соблазнению. Судя по потемневшим глазам магистра, у меня всё получилось. С необузданной страстью мужчина накинулся на мои губы, его бёдра имитировали половой акт. Я задыхалась от напора, от страсти.

— Мммм, — послышалось сбоку.

Кенвуд проснулся и во всю смотрел за нами, глаза горели, щеки раскраснелись, и рука... Одна его рука лежала на выпирающем бугре в штанах. Не знаю сколько он успел увидеть, но возбудиться определенно успел.

Герард отстранился, я же потянулась за поцелуем к старшекурснику. Он будто этого и ждал. Очередной ураган страсти сбил бы меня с ног, но я и так лежала, что помогло от позорного падения.

Нежных складочек коснулось что-то горячее и твёрдое. На уровне ощущений поняла, что магистр на пределе, поэтому сама подалась навстречу мужчине.