Книга Медиум ведет расследование, страница 34 – Екатерина Н. Севастьянова, Майя Вьюкай

— Шизики, — процедил Альтер сквозь зубы.

— Что?

— Ее напугали шизики.

А-а, понятно.

— Те потерянные, что вселяются в статуи? — догадалась я, о ком он.

— Именно. И кстати! — Альтер сложил руки на груди, состроив недовольную и даже немного обиженную физиономию. — Почему эти придурки, живущие в моем доме, куда их никто не приглашал, могут открывать двери, двигать предметы и даже статуи оживлять, а я не в силах крохотную пылинку со стола сдуть, не говоря уже о чем-то большем?

Тут все просто.

— Они старше тебя, — пояснила я, — поэтому гораздо сильнее.

— И все? — не поверил Альтер.

— И все. Чем больше времени ты проводишь в астральном мире, тем больше у тебя появляется сил.

Вопрос на самом деле в другом: что здесь делает целая куча древних призраков? И почему они проявляют несвойственную им гиперактивность и так яро взаимодействуют с предметами реального мира, хотя обычно все потерянные — тихие и незаметные, как тени?

— То есть, — Альтер поморщился, — примерно через пару сотен лет я смогу поскрипеть дверью?

— Точно не раньше.

— Какая прелесть…

— И то лишь при условии, — добавила я для ясности картины, — если к тому моменту ты не исчезнешь, как большинство заблудших.

Альтер вылупился на меня в недоумении.

— Чего?!

— Со временем многие призраки растворяются, утративсвою личность и все воспоминания, связывающие их с реальным миром. Это явление называется стиранием, образно говоря — окончательной смертью. Никакого тебе лучшего мира и прочего. Опускается черный занавес, и ты просто перестаешь существовать. Все.

Альтер как-то нервно усмехнулся.

— Но ведь этого можно избежать, да?

Я бы не надеялась.

— Сохранить себя удается лишь единицам.

Он запрокинул голову, издав обреченный вздох.

— А я-то думал, что у меня при жизни дела были плохи… Охренеть, как заблуждался.

— Многие так думают, — я пожала плечами, — а потом умирают и понимают, что на самом деле их жизнь была прекрасна, но они ее не ценили.

Альтер взглянул на меня с иронией.

— Как драматично… — протянул он. — Ты еще и философ ко всему прочему?

— Нет, но это и правда немного драматично.

— Ага, очень… — Альтер явно не разделил моего мнения.

Ну да ладно. Мы отвлеклись.

— Так что там насчет твоей смерти? — вернулась я к важной теме. — Хелли права? Тебя похитили? Убили? Кто? Как? Зачем? Что сделали с телом? Скинули с моста? Закопали в лесу? Сожгли?

— Ого, как много вопросов! — Альтер даже присвистнул. — Ты же понимаешь, что я и половины не запомнил?

— Да, извини. — Меня опять занесло. — Давай начнем с самого начала. Как ты погиб?

Явно не в постели, раз на нем пальто и обувь, если только он не предпочитает спать в уличной одежде.

Альтер пристально на меня посмотрел.

— Почему тебя так сильно интересует моя смерть?

Что за вопрос?

— Ты разве не хочешь найти своего убийцу? — задала встречный.

Все обычно хотят.

— Хочу понять, почему ты, — он ткнул в меня мерцающим пальцем, — единственный во всем мире медиум, хочешь его найти. Я какой-то особенный призрак?

— Дело не в тебе. Ну то есть — не совсем в тебе.

— Тогда что?

Я вздохнула.

— Моего друга похитили, держали в плену два месяца, а потом убили. — Боже, как же сложно об этом говорить! И еще сложнее сохранять невозмутимое лицо, вспоминая мертвое тело Джейка, одиноко лежащее на секционном столе в морге. — Все очень запутанно и таинственно, нет ни улик, ни зацепок. Я ищу того, кто это сделал.