Книга Возлюбленная берсерка, страница 27 – Любовь Оболенская

— После чего предложил ей стать его женой... — изумленно продолжила я.

С моей памяти словно спала пелена...

Ну конечно!

Именно об этом примерно через двести лет напишет Саксон Грамматик в своих «Деяниях данов», указав, что именно охранявших Лагерту медведя и собаку убил Рагнар для того, чтобы девушка по прозвищу Валькирия согласилась стать его женой. Когда я читала об этом, мне подобное казалось глупостью — парень убивает твоих домашних животных, а ты такая: «О, милый, именно этого я от тебя и ждала, теперь я вся твоя!» И лишь сейчас всё встало на свои места.

Но почему об этом я вспомнила именно сейчас? И почему всего остального, что я знала о Рагнаре, нет в моей памяти, словно не было никогда? Ведь я же наверняка должна была знать это!

И тут меня осенило...

Я не помню ничего о Рагнаре и Лагерте потому, что этого еще не произошло! И я могу повлиять на наши дальнейшие судьбы, нити которых уже свили беспристрастные и равнодушные норны!

Мысль об этом буквально вогнала меня в ступор — из которого меня вывел вопрос Рагнара, который он задал слегка дрогнувшим голосом:

— А... ты хочешь этого? — спросил он, немного отодвинувшись для того, чтобы внимательно посмотреть мне в глаза, словно желая прочитать в них мои мысли.

— Чего? — не поняла я, все еще думая о своем.

— Чтобы я предложил тебе стать моей женой?

Я слабо улыбнулась, положив ладонь на свой живот.

— Думаю, что да. Ибо как я потом смогу объяснить общине это.

Рагнар смотрел на мою руку расширившимися глазами.

— Ты сейчас хочешь сказать... — проговорил он — и запнулся.

— Да, — продолжила я за него. — Я хочу сказать именно это. У меня будет ребенок. То есть, у нас с тобой.

— Невероятно... — проговорил Рагнар, широко открытыми глазами глядя на мой живот. — Мы остановились на ночлег в лесу, и я уже было задремал, когда внезапно передо мной явился сам О̀дин! Он был в полном боевом доспехе, но без шлема. На его плечах сидели вещие во̀роны Хугин и Мунин, а в руке он держал свое сверкающее копье Гунгнир. «Проснись, конунг!» — сказал он мне. «Проснись и беги обратно в Скагеррак, если не хочешь проспать свое будущее. Беги так, словно за тобой гонятся все йотуны Мидгарда, ибо от быстроты твоих ног сейчас зависят две жизни, которые для тебя дороже всего на свете». Я не понял, о чем он говорит, но, проснувшись, оставил на месте стоянки всё, даже свой меч, и побежал так, как не бегал никогда в жизни! А вбежав в Скагеррак, увидел, что луч луны указывает на твой дом. И был тот луч формой точно как копье О̀дина...

Что я могла сказать на это? Поведать о своих снах, в которых боги Вальгаллы играют моей судьбой, наблюдая за тем, как я пытаюсь бороться со всяческими напастями, которые сыплются на меня словно из рога изобилия? Думаю, Рагнар поверил бы мне, но что с того? Вдруг после такого рассказа он тоже сочтет меня ведьмой? А мне только этого не хватало.

Потому я лишь вздохнула и сказала:

— Остается только поблагодарить тебя и О̀дина, потому что, думаю, без вашей помощи я бы уже была мертвой.

— Не только ты, но и наш ребенок тоже, — очень серьезно произнес Рагнар. — Даже не верится, что я стану отцом! Это великое счастье для любого викинга!

Надо признать: мужчины по-разному реагируют на такие известия от девушек. И мне понравилось, что Рагнар воспринял эту новость правильно.