Книга Очень странный факультет. Отбор, страница 44 – Ирина Субач

– А что потом? – без предисловий задала вопрос я. – Когда в конце недели кто-то не пройдет, дар тоже заберут? И кому-то передадут?

– Не знаю, – вздохнул Виктор. – Мишель сказал, что ничего подобного больше не повторится.

– А больше и не надо, – насупилась я. – Отсюда нужно выбираться. Если магия вновь у меня, может, попробуем открыть проход в другой мир?

– Нет, – покачал головой Виктор. – Исключено. Мы не понимаем до конца, как это работает.

– А как же Седвиг? А Лысяш? – начала закипать я. – Мы просто для них исчезли. Как они там? А если их уже схватили?

– Мишель обещал разобраться, – заверил Виктор. – Даже если их и умудрился кто-то схватить, то все равно не успел бы доставить к Сириусу. Обратный проход в точках разрыва откроется только через несколько дней. Я высчитывал.

Я уставилась на него.

Мужчина выглядел усталым, будто выжатый лимон. Голос бесцветный, даже волосы – и те стали тусклыми, а голубые глаза посветлели, от чего края радужки показались почти белыми.

– Ты не болен?

– Нет, – спустя короткую паузу ответил Виктор.

– Чем вы там у себя с менторами занимаетесь? – задала я очередной вопрос. – Ты себя в зеркало давно видел?

– Нас тоже обучают, – скупо ответил Харлинг.

Я заломила брови вверх.

– И все? Решил получить второе высшее? Ударился в конспекты?

– Это другое. Тут все другое. И учат иначе. На острове мы читали книги, изучали науку, заклинания. Вельшийцы пошли иным путем. Они приручают стихии, владение силой не как формулой, а как продолжением тела. Во многом мне сложнее, чем остальным, они чистые листы, а мне приходится переучиваться. На это уходит много сил.

– Зачем? – воскликнула я. – Тебе заняться нечем? Я тебя не понимаю, то тебе не нужна твоя сила, то теперь нужна. Ты определишься уже?

– А ты еще не поняла? – Харлинг поднял на меня еще более уставшие, чем мгновение назад, глаза. – Я могу ее подчинить. То, что тебе далось еще на острове Таль, то, что ты делаешь так же легко, как дышишь, для меня было пыткой всете годы, как я прошел через Грань. Мои порталы убивали, прикосновения причиняли боль. А все дело в том, что когда мы проходим через эту невидимую стену между миров, мы возвращаемся не совсем одни. Вельшийцы поняли то, что не поняли в академии. Теперь и я понял это.

– Расскажи, – потребовала я. – Что значит не одни?

Харлинг обернулся по сторонам, словно боялся, что кто-то услышит.

– Грань не стена, как мы думали. Грань – это такой же мир, заселенный сущностями. Этими самыми элементалями. Они не добрые и не злые – они просто силы. Две души, умирая одновременно в разных мирах, стремятся к Грани, но та не выносит этого парадокса и обратно возвращает тоже двоих. Самого сильного из умерших и что-то, что он неосознанно цепляет.

– Так это паразиты, что ли?

Харлинг покачал головой.

– Скорее – симбиоты. Вельшийцы поняли, что без носителя эти существа не могут жить в любом из миров. По крайней мере – не могут долго. Есть места, как остров Таль, как этот Сад, где можно выманить их наружу, но и там они не протянут без носителя. Поэтому их нужно либо вернуть владельцам, либо кому-то, кто сможет принять. Либо… они присосутся к другим существам сами или умрут.

Я вытаращилась на Харлинга: он бредит?! Взгляд казался болезненным, а кожа – лихорадочно бледной.

– Виктор, я боюсь за тебя, – честно призналась я. – С тобой что-то происходит.