Книга Запрещенный ритуал - 3, страница 79 – Дина Зарубина

— Постучаться? В воду?

— А что? — я хлопнула ладошкой по воде. — Звонко получается. Алло, кто-нибудь дома?

Из озера выметнулся столб воды и замер, крутясь у бережка.

— Вот и транспорт. Давай, Вирр, заходи, не стесняйся! И лапы там не разбрасывай, при себе их держи.

Наглый кот шагнул ко мне, крепко обнял и прыгнул в воду. Большой пузырь воздуха наделся нам на голову. Я покрепче ухватилась за Вирра руками и ногами и закрыла глаза. Все равно смотреть не на что. Не знаю, как себя ощущал Вирр, а я себя чувствовала, как в аквапарке, летя по закрытой извилистой трубе.

Меня мутило, голова кружилась, а тепленький кот куда-то делся. Лежала я на жестком и холодном ложе. Застужусь же! Не могли помягче устроить?

Глаза пришлось открывать. Насчет ложа я переоценила гостеприимство рыболюдов. Каменный пол. Не слишком ровный и мокрый.

Находилась я в пещерке, в три шага шириной, с гладкими стенами. Пол обрывался у одной стены и переходил в бассейн с прозрачной водой. Ага, там внизу светло, значит, выход наружу имеется. Серебристые рыбки плавают, тыкаются тупыми мордочками в заросшие бурыми водорослями стены. Судя по отметинам на стенах, в прилив остается небольшой воздушный карман. Уже легче.

— Ну и дальше-то что? Вирр! — Крикнула я. — Я тут от холода сдохну!

— Холодно? — из бассейна высунулась голова, на глазах обретающая плотность и объем. — Простите, не учли.

Я спокойно смотрела, как из воды вылезает крупная русалка явно мужского пола. То есть, русал. С мощным мускулистым торсом, широкими плечами и крепкими руками. Волосы были светлые, до пояса, и хвост красивый, с серо-голубой переливающейся чешуей. Вот личико оказалось не очень: высокие острые скулы, плоский короткий нос и выпуклые раскосые глаза. Широкий полногубый рот, полный острых треугольных зубов, довершал картину. Ну в целом, на любителя мордашка. Но не страшная, было в нем свое очарование. Не мне после котов и волков проявлять расизм.

Шедеврум сделал его слишком смазливым, но близко к тексту.

Русал хлопнул в ладоши. Когти у него были серовато-черные, между пальцами виднелись перепонки. Красноватый лишайник на стенах пещеры слабо засветился, от него пошла волна тепла.

— Так гораздо лучше, спасибо.

— А почему ты не кричишь и в обморок не падаешь? — хрипловатым баском спросил русал.

— Надо? Вообще, могу. Но я и не такое видала. Где мой спутник, надеюсь, он жив? Не съели?

— В соседней пещере, — махнул рукой русал. — Мы не питаемся разумными. Просто сестры решили познакомиться с сухопутным мужчиной поближе.

— Вообще-то он мой муж! — Заявила я с ноткой ревности, удивившей меня саму.

— Никто же не возражает. Муж, так муж, — дернул плечом рыболюд.

— А почему я тебя в воде не заметила?

— В воде русалима можно увидеть, только если он сам того захочет. Шкура отражает свет.

— Ну, и зачем звали? Какого хрена вы моегоребенка напугали? Не могли ундину попросить передать сообщение? — наехала я. — Волков куда дели?

— Мы, морские, не дружим с пресноводными, — важно ответил русал. — А дитя не пугали, наоборот, доставили почти до дома. Кто же знал, что она забоится крапчатого звездочета, которого мы попросили подвезти дитя?

— Милая рыбка! Вы бы еще акулу-гоблина попросили или тигрового голиафа! Чтоб уж точно ребенок заикой стал! И боялся любой воды, даже чая в чашке!