Книга Запрещенный ритуал - 3, страница 90 – Дина Зарубина

— Говорят, насыпали целую лодку жемчуга! — блестя глазами, выкрикнула торговка пирожками.

Вечером явился стражник и таможенный офицер с двумя сотрудниками.

— Простите, но вас обвиняют в контрабанде.

— Я что-то пронесла под юбками в лавку?

Таможенник смущенно кашлянул.

— Черный жемчуг принадлежит короне, и его добыча строго регламентирована. Сдайте его, и мы забудем об этом происшествии.

Ага, чистосердечное признание смягчает вину, но увеличивает срок. Я же рассердилась, потому что в глаза не видела никакого черного жемчуга.

— У меня в лавке из дорогих только материалы заказчиков! Все под запись и учтено. В основном, я плету амулеты из шнурков, тесьмы и лент! Бисер, перламутр, поделочные камни. Совершенно не понимаю вашего интереса к моей лавке! С каких пор слухи служат основанием для обыска⁈ Градоправитель знает о вашем рвении? Видимо, нет.

— Говорят, что вы супруге изменяете, а она вас гоняет кочергой по переулку, — мстительно добавила Лия.

Стражник покраснел.

— Приносите постановление об обыске, а пока прошу покинуть лавку.

— Но вам подарили сокровища!

— Пошлиной облагаются товары, а не подарки! Даже если мне подарят корабль жемчуга, вас это не будет касаться!

Стражник препирался вяло, и мы одержали победу, вытурив из лавки непрошенных гостей.

— Закрывайся, Лия. Надо домой ехать, узнать, что случилось.

— Правильно, госпожа. Еще заарестуют. Или придумают, что вы на короля покушаетесь.

— Где король и где мы?

— А что? Вы же княгиня, имеете право ко двору поехать, наряды, балы, праздники… — мечтательно вздохнула женщина. В ее представлении двор был местом сплошной радости. Галантные красавцы и хруст ловернской булки.

— Зависть, сплетни, интриги, из-за лишнего взгляда короля и притравить могут.Нет, Лия, мне туда точно не надо. Тут спокойнее жить. Да и не княгиня я, князь развелся со мной.

— Зверолюды не разводятся, — возразила служанка. — Кошачьи светлости приехали же!

— Они из-за татуировки приехали, а не оттого, что соскучились, — хмуро ответила я. Не хотела об этом думать. Но и лишать детей защиты глупо. Ощущала я себя довольно неловко, не жена и не вдова, даром, что двое котов рядом трутся.

* * *

— Никто не подпишется на такое, мастер, — Осьминог выпустил клуб дыма из прокуренной трубки, поверх капюшона стеснительного посетителя. Будто для него секрет, кто пришел!

— Но ее нужно убрать! — Мастер Олтэн с досадой откинул капюшон. — Я знаю расценки, пятьсот солидов достаточно, чтоб зарезать любого в Милограсе.

Осьминог недовольно прищурился. Зарезать! Фу, как грубо! Его люди работали тонко, никогда не оставляя следов!

— Никто из наших не согласится, — повторил он.

— Разве трудно ворваться в дом, где одни бабы и дети, избить их до полусмерти, ограбить? Говорят, ей рыболюды много чего ценного отвалили. Все, что найдете, ваше.

Ограбить артефактора? Осьминог захохотал. Были горячие головы, были! Один без пальцев остался, как только начал дверь лавки взламывать. Второй ногу сломал прямо на крыльце. Третий шустрик решил влезть в чердачное окно, и даже до ставня дотянулся. Такой шум, звон, лязг раздался, что парень отшатнулся и свалился с лестницы прямо в руки подбежавшей стражи. Стражникам страшно понравились сигнальные артефакты. Если свист и звон, значит, беги туда поживее, хватай злодея и получай заслуженную премию от начальства. Хорошо хоть, дорогие они, не каждому по карману, а то хоть не воруй.