Книга Пепел на моих крыльях, страница 91 – Рина Белая

Когда все устроились, он мягко опустил свое крыло, накрыв их, словно теплым покрывалом. Уложив морду на землю, он закрыл глаза, прислушиваясь к тишине ночи…

Слабая волна чужеродной магии пробежала по земле, заставляя каждую клеточку его тела напрячься. Он вскинул голову, обведя напряженным взглядом пустырь. Эльфы, едва задремавшие под его крылом, тут же проснулись, уловив его тревогу. Она тоже открыла глаза и прислушалась.

Он почувствовал ее страх — она даже не пыталась скрыть его. Плотнее сжав кольцо своего тела вокруг спутников, он словно хотел показать, что защитит ее. Однако она, кажется, истолковалаэто по-своему. Осторожно поднялась и, избегая даже случайного прикосновения к холодной земле, взобралась на его лапу. Он замер. Ему нравилось держать ее на своей лапе, нравилось осознавать, что эта близость дарит ей хоть немного уверенности в происходящем.

Не прошло и часа, прежде чем всплеск повторился. На этот раз он был ощутимо сильнее. Он глухо зарычал, наполняя пустырь вибрацией.

Титан Бездны. Он искал ее. Искал с холодной настойчивостью, будто был уверен, что она где-то рядом. Но тьма не спешила сгущаться вокруг, а это могло значить только одно: он ее не видел.

Ночь продолжала тянуться, словно вязкая тьма, не желающая отпускать их. Еще одна волна была ощутимо слабее последней, но сильнее, чем первая. Последний импульс накрыл их перед рассветом и был почти незаметным. Он почувствовал его слабость, но напряжение не покидало его тела до самого рассвета.

Когда первые слабые лучи солнца пробились сквозь горизонт и мрак вокруг начал рассеиваться, он распахнул свое крыло, освобождая ее и эльфов из защитного кольца. Подождав, пока она осторожно спрыгнет на землю, он поднялся и, стряхнув напряжение ночи, сложил крылья.

Он повернул голову и посмотрел на нее. Ее взгляд был полон усталости, но за этой усталостью все еще прятался страх, который она не могла скрыть. Его охватило сильное желание принять человеческий облик, чтобы стереть этот страх. Он хотел сказать, что все будет хорошо, что ночь осталась позади. Но он знал правду — это лишь временное затишье. Уже следующей ночью магия Бездны обязательно вернется.

Однако день тоже не сулил покоя. Высота, мощь, сила драконьего тела — все это позволяло ему возвышаться над землей и видеть опасность гораздо раньше, чем она могла застать их врасплох. Если маги действительно выйдут на их след, он будет первым, кто заметит их приближение. Но решение остаться в истинной форме также делало их целью. Его массивная фигура, привлекала внимание так же сильно, как пламя в ночи.

Он сделал глубокий вдох. Чешуйчатое тело охватили потоки разрушительной магии, а затем они рассеялись, обнажив человеческий облик.

Он подошел ближе и тихо произнес:

— Альтана, я никому не позволю причинить тебе вред.

Она подняла на него взгляд и, хотя страх еще не исчез полностью, он заметил, что ее плечи чуть расслабились. Едвазаметный кивок стал знаком того, что она верит ему.

/Альтана/

Ночью я почти не ощущала холода — сначала страх держал меня в напряжении, а потом меня согревало тепло драконьего тела, когда я решила, что безопаснее будет залезть на его лапу. Теперь же, кутаясь в теплый плащ, я сидела на лошади, которую вел Лаэрон, и сонно моргала, ощущая как холод и накопившаяся усталость сковывают мое тело. Я украдкой взглянула на мужчин: «дракон» выглядел сосредоточенным, а вот эльфы были измотанными. Бессонная ночь в кольце разрушающей магии пепельного дракона отняла у них почти все силы, но никто не жаловался. Каждый был готов пройти через это снова, если это спасет нас от магии Бездны.