Книга Контракт на новую жизнь, страница 53 – Людмила Вовченко

Она шагнулавнутрь.

Мир изменился.

Она больше не чувствовала ног. Или времени. Только пульс Вселенной. И голос — не человеческий, но странно знакомый:

— Код «Фениксия» принят.

Выбор подтверждён.

Начата реконфигурация.

Ведущая активирована.

— Что ты делаешь со мной?.. — прошептала она.

— Восстанавливаю тебя. В тебе ключ к пробуждению. В тебе — звёздное сердце.

Из груди вырвался луч, осветивший зал. На плечах проявились знаки — древние руны, выжженные светом. Волосы вспыхнули пламенем, глаза стали фиолетово-золотыми. Всё внутри неё пело.

Когда она вышла наружу — молча, с пламенем в зрачках и светом в волосах — её спутники опустились на колени.

— Хозяйка… — прошептал Лир’Кайс. — Или уже… нечто большее?

— Я всё ещё я, — ответила Ольга. — Но теперь… я знаю, кто я была. И зачем меня сюда послали.

И в небе, как отклик, загорелись три маяка.

Они возвращались под вечер. Воздух в долине был другой — плотнее, насыщенней, как будто сама планета дышала иначе после её пробуждения. Не успели они пересечь границу поместья, как их уже ждали: управляющий Рен’Тар, пара новоприбывших слуг и… трое посланников в чёрных мантиях с серебряными знаками Высшего Совета Звёздных Владений.

— Прекрасный вечер, леди Фениксия, — с хмурой иронией начал один из них. — Мы получили сигнал. Активация маяков — не событие, которое можно игнорировать. Ты открыла древний протокол. А это… требует объяснений.

Ольга приподняла бровь. Внутри — огонь. Снаружи — ледяной покой:

— Я не обязана отчитываться. Я — Ведущая. Или вы хотите оспорить это право?

— Нет, — вмешался второй. — Мы… боимся. Три маяка. Это значит: пробуждение всех систем. Ты готова стать не только хозяйкой планеты, но и… хозяйкой направления. Кем была твоя предшественница?

— Она сгорела, — отозвалась Ольга. — Я узнала это сегодня.

Все замерли.

— Я её перерождение. Последний Феникс. Я не позволю этой планете снова стать ареной для чужих войн.

Слова звучали, как присяга.

* * *

В ту ночь она вышла в сад — отдохнуть, почувствовать землю, на которую теперь имела право не только по контракту, но и по крови. Кай’Сиар нашёл её среди цветущих светящихся деревьев. Лунный свет ложился на его кожу серебром, крылья были сложены, но одна перышко — чёрное, как ночь — трепетало от ветра.

— Ты теперь… почти богиня, — сказал он негромко.

Ольга усмехнулась:

— А ты всё тот же хмурый небесный страж. Или нет?

Он сделал шаг ближе:

— Я… завидую. Не твоей силе. А тому, как ты жива. Как не сдалась, когда другие ломались.

— Так не сдавайся рядом, — ответила она.

Он протянул руку. Их пальцы встретились. Лёгкое прикосновение — но в нём было больше, чем в любом страстном поцелуе. И всё же он не торопился.

— Лир’Кайс уже почти признался. А ты…

— А я дам тебе право на свой выбор, — прошептал он.

И скрылся во тьме сада, оставив аромат озона, магии… и ожидания.

* * *

На следующее утро в холле раздался грохот. Стража пыталась не впустить незваного гостя, но он просто… прошёл сквозь стены. Высокий, почти два с половиной метра, с бледной кожей и глазами, как дым над лавой. За спиной — крылья изживого металла. В его взгляде — пустота веков и ярость, что едва сдерживалась.

— Вот ты где, — сказал он, глядя прямо на неё. — Фениксия. Я шёл к тебе… всю свою жизнь.

— А ты кто?