Книга Презренная госпожа. Леди-попаданка в деле, страница 8 – Анна Кривенко

Грузный Ултар расплылся в улыбке.

— Я вас понимаю, сын мой, — ответил он самодовольно, — но и вы нас поймите. Слухи о том, что ваша жена — ведьма, появились не вчера. Множество людей свидетельствовали об этом раз за разом, и мы, как служители неба, не имеем права закрывать на сие глаза. Вы, конечно, не подумайте: вредить графине мы не собираемся ни в коем разе. Но просто обязаны опросить остальных жителей поместья ради торжества правды. Вчера, например, мы услышали, что ваша супруга избила нескольких ваших лучших воинов. Причем, избила их совершенно без повода своей колдовской метлой, что немаловажно! А это уже очень серьезно. Вы же понимаете, что ни одна женщина не способна на такое, если не является служительницей демонов…

Генри Орсини так крепко сжал челюсти, что хрустнули зубы. Он догадался, что в его поместье завелись продажные крысы, которые выносят грязное белье наружу и продают шпионам.

Поклявшись самому себе обязательно найти их, он сдержал свою ярость и постарался как можно более спокойно произнести:

— Это всё наговоры, не более того. Прошу вас приехать через три дня. К этому времени я решу свои вопросы, которые не требуют отлагательств, и тогда вы сможете преспокойно поговорить и с моей супругой, и с остальными жителями поместья…

Орсини понимал, что вляпался. Точнее, вляпаться ему помогла его драгоценная жёнушка. Она украла из его стола серьёзнейшийкомпромат вместе с приличной суммой денег и отправила своему предполагаемому любовнику. Он давно подозревал, что до своего замужества Евангелина имела связь с его лютейшим врагом — Александром Грутто. Возможно, она работает на него до сих пор. Но доказательств не было, и это злило больше всего. Как бы развязать женушке язык??? Навредить телесно он особенно не мог из-за страха перед ее влиятельным отцом. Тот мог и с войной на Орсини пойти, если бы захотел. А вот изводить глупую бабу морально Генри был в состоянии. Если он не вернёт бумаги и деньги, если не найдёт способ защититься от происков врагов, то для него всё может закончиться плачевно. А чтобы вернуть, нужно выбить из Евангелины признание.

Что на неё нашло вчера, Генри так и не понял. Он подумал, что его жена действительно сумасшедшая, а сумасшедшие иногда становятся буйными. Правда, буйство у неё вышло каким-то слишком… профессиональным. Она махала руками и ногами с таким мастерством, что её в пору было заподозрить в изучении диковинных боевых искусств. Но это, право, смешно!

Поэтому он до сих пор не мог понять, что же творится в его семье. Эти три дня были позарез нужны ему, чтобы заставить Евангелину во всём признаться или хотя бы вынудить её любовника замолчать. Он готов был угрожать ей смертью и чем угодно другим, лишь бы выкрутиться, а тут вдруг эти священники припёрлись ему на голову.

— Простите, сын мой, — произнес толстяк притворно благочестивым голосом, — но откладывать сие дело на три дня недопустимо, ведьма может уничтожить доказательства своей вины! Нет, мы не можем отступить и требуем расследования прямо сейчас.

— Моя супруга больна, — граф Орсини уже не знал, как отпираться, — да и слуги не очень здоровы. Возможно, начинается эпидемия. Вам бы лучше уехать, чтобы не заразиться….

Молодой служитель за спиной старшего скривился. Доводы Генри Орсини звучали настолько жалко, что было очевидно: он нагло лжет.