Книга И пеплом стали звезды, страница 43 – Рина Сивая

Эта мысль жгла, будто кто-то выливал раскаленный металл прямо в грудь. Внутри все клокотало жаждой мести, и мне хотелось вцепиться когтями в глотку тем, кто в этом виноват.

И был Ив, который с самого начала знал о происходящем. Но ни разу за то время, что мы провели вдвоем, он не сообщил мне правду, хотя разговор о Тае я заводила бессчетное количество раз.

В моем понимании Улье был виноват, виноват по всем статьям. Значит,заслуживал смерти.

— Я никогда тебе этого не прощу, — я все же нашла в себе силы посмотреть на него. Последний раз, обещала я себе. Последний раз я смотрела на того, кого считала своим братом. В следующий раз я его убью. Потому что Ив это заслужил. — Никогда не забуду, как ты разрушил мою жизнь и жизнь того, кого я люблю.

Улье шумно выдохнул и попытался сжать мои пальцы сильнее — я не позволила, вырывая руки.

— Лин, я не…

— Убирайся, — прошептала я, закрывая глаза. Веки налились тяжестью, за ними рябило красными кругами. — Убирайся из моей жизни, Ив. Или клянусь, я убью тебя прямо здесь и сейчас.

У меня больше не было сил на то, чтобы слушать, верить, надеяться или ждать. Мой мир рушился на глазах, я уже не понимала, кто я и где находилась. Я не чувствовала ничего, кроме боли и холода, и все, чего бы мне хотелось, это чтобы пытка наконец-то закончилась.

Ив не стал меня уговаривать или переубеждать. Я слышала, как спустя минуту он поднялся на ноги и отошел, а еще через какое-то время перегородка с тихим скрипом отъехала и закрылась, после чего стало очень тихо.

И я позволила себе выплакаться.

Я выла, как раненый зверь. Я кусала грязную подушку и комкала руками равное одеяло, не пытаясь сдержать крика. Я проклинала Элиаса, Улье, Космофлот и весь Межгалактический союз за то, что со мной произошло. Что произошло с нами. За смерть папы, за тот вылет на Жат, за гибель моего отряда и меня в глазах всей базы МП-56. За зеленые глаза, полные боли. За тот ужас, что пережил Тай. За тот ужас, что сейчас переживала я.

Я не могла себе представить дальнейшей жизни без Таймарина. Каждый вдох отдавался тупой болью в груди, каждый выдох — сухим стоном. Как мне просыпаться, не зная, где он и что с ним? Как мне засыпать с теми же вопросами? Как мне проживать день за днем, когда он где-то там, в пучине звезд, считал меня мертвой?

Таймарин Корте сильный, я знала. Он сможет пережить все это, веря, что меня нет. Но я — не он. Как мне существовать, понимая, что он похоронил меня? Что забыл меня. Что полюбил кого-то еще только потому, что ошибочно поверил лжи и клевете?

Я не смогу. Я уже не могла, захлебываясь в собственных чувствах.

Лучше бы я правда умерла в тех проклятых горах.

Рыдания не отпускали меня очень долго. Я то разносила все, что попадалосьпод руку, то скулила, свернувшись на полу. Пальцы ломило, тело бил озноб, и даже пол, казавшийся ледяным, будто тянул меня вниз. Я злилась и проклинала всех, а после молилась богам, в которых не верила, чтобы это все оказалось страшным сном.

Но я не спала, поэтому и не могла проснуться. Я провела в том разгромленном номере два дня, впадая то в истерику, то в меланхолию. Я могла только плакать и жалеть себя, обвиняя других, в том числе и Улье.

Он так и не появился. Не попытался оправдаться или связаться со мной. Два дня я его ненавидела, а потом, обессилено глядя на бардак вокруг, вдруг поняла, что Улье со мной нет. И никого нет.