Книга Любовь, которую ты вспомнишь, страница 126 – Рина Сивая

И ведь понимала умом, что сестра права. А все равно занималась самоедством.

Пока не позвонил Павел.

– Помнишь ту французскую контору, с которой мы никак не можем договориться о поставках анализаторов? Их представитель сейчас в Барселоне.

– Хочешь, чтобы я с ним встретилась? – сразу поняла я, откладывая купальник в сторону.

– Хочу, чтобы мы встретились с ним вдвоем, – поправил меня Паша, и только после этого я расслышала шум на заднем фоне. – У меня посадка началась, через пару часов буду на месте. Сможешь пока поднять договор, который мы им предлагали? Я назначил встречу в вашем отеле, чтобы никуда не тащиться. Обсудим все там.

– Хорошо, все сделаю, – подтвердила и порадовалась, что нашлось занятие, способное отвлечь меня от мыслей о Диего и его матери. – Что-то еще нужно?

– Да, – выдохнул Паша. Его следующие слова зазвучали ниже и ближе, от чего я догадалась, что он зажал телефон между ухом и плечом. – Лерке не говори, что я приезжаю. Хочу сделать ей сюрприз.

На этом и договорились. Пока Павел был в воздухе, я занималась документами, выгнав сестру и сына на прогулку. Когда через два с небольшим часа мой зять и начальник приехал в отель, мы с ним закрылись в отдельном номере, чтобы проработать предложение для будущего партнера, а уже после провели встречу, закончившуюся подписанием.

Это и отмечали ужином, когда раздался такой сложный вопрос.

– Вчера встретились с матерью Ди, – вместо ответа призналась я. – И все сновастало сложно.

Я чувствовала, что поступила верно, но другая часть меня, очень ранимая и неуверенная в себе, трепыхалась. Она не могла представить, что, обретя Диего заново, мы снова можем его потерять.

– Не переживай, Анька, – улыбнулся Паша и обнял меня за плечо, притягивая к себе. – Прорвемся.

Я позволила себе на секунду опереться. Не на мужчину – на человека, который всегда был рядом, когда все было сложно. Пашина мужская поддержка – ненавязчивая, но всегда своевременная, придавала мне сил. И улучшала настроение, что уж скрывать, ведь всегда приятно, что рядом есть мужчина, на которого ты можешь рассчитывать.

Только мне бы хотелось, чтобы на месте Миронова сейчас был кое-кто другой.

– Давай, не грусти, – Павел склонился ниже и по-дружески чмокнул меня в щеку, в очередной раз смущая этим. Он был куда более тактильным человеком, чем я, и более открытым – этим они с Лерой и походили друг на друга. – Мы с тобой только что такое большое дело сделали, заслужили немного радости и…

Я не дослушала. Просто почувствовала, как плечи обдало холодом, но дело было не в работающем кондиционере.

Дело было в Диего.

Я быстрее осознала его присутствие, чем увидела сеньора Солер в конце зала. Он стоял у входа, высокий, как скала, и мрачный, как шторм. Его взгляд – тяжелый, неподвижный – вонзился в меня, потом скользнул по руке Паши, все еще лежащей у меня на плече. Воздух между нами мгновенно сгустился.

Я резко выпрямилась, и Паша тут же уловил перемену, но не отстранился. Его вопросительный взгляд я чувствовала щекой, но оторвать свой от Диего никак не могла.

Он уже шел к нашему столику. Двигался не спеша, но мне казалось, что каждый его шаг добавлял сцене напряженности. Словно это и не шаги вовсе, а удары тревожного колокола.

Я не успела среагировать, как его взгляд снова вернулся к руке Павла на моем теле.
Пальцы Миронова слегка сжались, будто напоминая о себе. Не давая мне пошевелиться.