Книга Любовь, которую ты вспомнишь, страница 52 – Рина Сивая

Почти задохнулась от услышанного. Как, как вообще ему в голову могла прийти эта мысль? Чтобы я и Хави! Да, у нас сложились весьма теплые отношения, но сама идея измены вызывала во мне острый приступ тошноты. А тут еще и брат собственного мужа!

Или Диего именно так меня себе и представлял? Гулящей, развязной, распутной… господи, я даже знала, кто именно вложил подобные мысли в его голову! И этот гнев, что поднимался от самого сердца, был целиком и полностью посвящен сеньоре Солер.

Но я не успела его излить, забыв про все наставления адвоката, когда Диего продолжил:

– Поэтому сейчас я задам тебе один вопрос, а ты честно на него ответишь, идет? – Солер дождался моего согласия и продолжил так тихо, что мне с трудом удалось расслышать. – Ана. Чей это ребенок?

Диего развернул ко мне мой же телефон, словно я могла не понимать, о каком именно ребенке идет речь. И вроде бы, вот он, момент, когда мне достаточно было сказать одно слово, чтобы расставить все по своим местам. Но это слово никак не хотело срываться с моих губ.

Я трусила, отчаянно боялась, что сейчас все окончательно разрушится. Что та надежда, возникшая после слов Хавьера об ощущениях Диего относительно меня, разлетится вдребезги, когда мой муж поймет, что все эти годы я скрывала от него ребенка.А у меня просто не будет возможности объясниться!

– Я никогда тебе не изменяла, – если Диего подводил русский, то меня – испанский, и теперь мы разговаривали сразу на двух языках, прекрасно при этом друг друга понимая.

Но мою попытку оправдаться встретили гневным блеском в глазах.

– Я спросил не об этом, – грубо отрубил Солер, но я простила ему эту грубость.

Он имел право знать, билось в моей голове. И я просто обязана была ему сказать. Прямо сейчас.

Чтобы набраться смелости, мне пришлось опустить глаза в стол, глубоко вздохнуть, и только после я смогла поднять взгляд на мужчину, который до сих пор заставлял меня чувствовать себя маленькой и глупой.

– Твой, Ди, – выдохнула шумно, почти не слыша своего голоса за стучащим в ушах сердцем. – Это твой сын.

Даже сумасшедшее сердцебиение замерло в ожидании ответа. Я очень гордилась собой, когда выдержала тяжелый, как сотни бетонных плит, взгляд Диего. Но его эмоции… пожалуй, впервые я не смогла их прочесть. И это пугало.

Ди молчал так долго, что я почти решилась до него дотронуться. Но, когда я уже была готова потянуться к другому краю стола, Солер неожиданно поднялся на ноги. Молча. Посмотрел на меня нечитаемым взглядом еще три секунды с высоты своего немаленького роста, а потом просто развернулся и ушел. Так же молча. И каждый его шаг совпадал с треском осыпавшихся надежд в моей душе.

Я слышала, как где-то в стороне Елена громко возмущалась, но не могла разобрать слов. Смотрела в спину удаляющемуся Диего и едва ли не выла от отчаяния. Он не сказал ничего. Ни одного слова. Лучше бы ударил, наорал, обвинил в чем угодно. Но не уходил вот так.

– У адвоката вашего мужа очень бурная реакция, – опускаясь на место Ди, сообщил мне Максим Геннадьевич.

– Они встречаются, – не задумываясь над словами, выдала я, все еще смотря на двери, в которые вышел мой будущий бывший.

– Так что же вы сразу не сказали, Анна Леонидовна!

Явное неодобрение заставило меня сосредоточиться на адвокате. Мужчина выглядел недовольным, заставляя тем самым чувствовать себя почти виноватой.