Книга Любовь, которую ты вспомнишь, страница 68 – Рина Сивая

Наверное, подсознательно я ждала от Диего узнавания, какой-то мелькнувшей в глазах мысли, но ничего подобного там не было. Солер слушал меня внимательно, но с таким же выражением лица он мог слушатьрассказ Леры о ее знакомстве с мужем. Заинтересовано, но не более того.

– И что это был за коктейль? – правильно понял мой намек Ди.

– Клубничный мохито, – сообщила я и ему, и бармену одновременно. Последний кивнул, и я добавила: – А для сеньора сделайте, пожалуйста, двойной виски со льдом.

Диего вопросительно приподнял бровь.

– Тогда я тоже пил виски?

– Нет, – я покачала головой, стараясь не выдавать своего разочарования в том, что мой муж действительно не помнил совсем ничего. – Ты пил вино. Но вряд ли стоит сейчас понижать градус после всего, что ты уже выпил.

– Ты права, – вот и все, что ответил мне Диего, и мы молча принялись ожидать наши напитки.

Снова тишина, но я не могла назвать ее гнетущей. Немного дискомфортно, но точно так же бывало на первом свидании, когда ты еще не знаешь, о чем говорить, но чувствуешь, что все происходящее тебе нравится. У нас с Ди раньше такого не было: мы всегда находили темы для разговоров. Но это новый Диего, и новая я. Может же у нас все быть по-новому.

– Значит, мы познакомились в баре? – спросил Солер, как только перед нами опустились бокалы. Мой – высокий, узкий, с фиолетовой трубочкой. И его – широкий, со звенящими кубиками льда.

– В ресторане при отеле, – уточнила, перемешивая осевший на дне сироп с листочками мяты и кусочками лимона. – Там был такой же бар. Я забирала коктейль, ты меня неудачно толкнул, и на твоей рубашке навсегда остался внушительный розовый след.

– Погоди, – Ди даже свой виски отставил в сторону, чтобы повернуться ко мне лицом. – У меня в шкафу весит одна рубашка с пятном вот тут.

Диего пальцем обрисовал знакомую область и добавил:

– Оно как раз розоватое.

Неужели он хранил ее до сих пор?

– Ты запретил выбрасывать ту рубашку, – призналась чуть смущенно, отводя взгляд. – Сказал, что она счастливая, ведь в ней ты встретил меня. Оставил как талисман, когда я так и не смогла свести пятно до конца.

Я до сих пор помнила, как расстроилась, когда очередной пятновыводитель не справился с поставленной задачей. Диего тогда только посмеялся и обнял меня со спины, второй рукой отнимая сухую, но все еще розоватую рубашку.

– Будет моим талисманом, – усмехнулся он, поцеловав меня в макушку. – Потом стану показывать ее внукам и рассказывать, как их бабушка облила меня приворотным зельем со вкусом клубники.

Тогда в глазах Ди стояли смешинки. Сейчас – только задумчивость.

– Не думал, что склонен к подобному символизму, – как-то неуверенно прокомментировал Солер, и я поспешила его поддержать.

– А ты и не склонен. Думаю, ты сказал это только для того, чтобы я не расстраивалась.

Произнесла и тут же запнулась взглядом об украшение на руке Диего. В те времена, когда я сидела дома и подтягивала испанский, мне было нечем заняться, и я увлеклась рукоделием. Украшения – первое, в чем я себя попробовала. А этот браслет – максимально простой, но строгий, из кусочка черной кожи и с небольшой серебристой цепочкой – первое, что у меня получилось создать в том виде, в котором не стыднокому-то презентовать. И я подарила его Диего, прекрасно понимая, что он никогда не будет его носить – потому что не любил украшения, потому что не солидно, потому что он мог купить себе безделушку от известного ювелирного бренда, если уж на то пошло.