Книга Его своенравный трофей, страница 8 – Александра Питкевич

Медленно, стараясь не зацепиться высокой обувью за деревянные плиты пола, я опустилась на указанное место. Шпильки в волосах мерно закачались, в такт движениям, окутывая меня тихим перезвоном. Как это полагалось по этикету дворца.

– Вы были весьма недовольны моим видом в прошлый раз, – с почтением, соответствующим моему положению, проговорила я медленно. И мысленно добавила: и в таком виде мне будет проще добиться желаемого.

– И что же вас привело ко мне сегодня? Надеюсь, слуги исправно выполняют свои обязанности? Но если вам что-то не по душе, я могу заменить нерадивых служанок. Наказывать вы их вольны по своему желанию. Не забывайте.

– Я все же здесь гость. Или пленница, – напомнила, не удержавшись. – И мне до сих пор не ясно, почему.

– Вы так быстро забыли нашу прошлую встречу? Позвольте, я напомню, на чем мы остановилисьтогда? – генерал чуть подался вперед, но я резко махнула платком, зажатым в пальцах. Дыхание сбилось. Как бы я не хотела и не пыталась утверждать обратное, мне не удалось забыть тот поцелуй. Неожиданный и совершенно непредсказуемый.

Губы князя дрогнули. Генерал явно сдерживал улыбку.

– Не стоит. Я все помню.

– Вот и хорошо. Потому что я намерен в скором времени продолжить начатое. Но вы же явились не за этим?

Я опустила ресницы, стараясь скрыть смятение. Если Чжан Рэн прикажет мне явиться вечером служить ему в постели, я не смогу, не имею права отказать. Не в это ситуации. Но думать об этом я буду после. А пока:

– Ваши слуги весьма расторопны. Но мне здесь душно. Я прошу разрешить мне конные прогулки за территорию поместья.

Взгляд мужчины изменился. Глаза потемнели и стали цепкими, колючими.

– Верховые прогулки?

– Я с севера, как вы наверняка знаете. И годы, проведенные во дворце, оказались для меня не простыми. Теперь же, видя перед собой не красные стены Запретного Города, а открытые поля и предгория… моя душа требует хоть немного свободы, – придав лицу мягкое, послушное выражение, проговорила я журчащим голосом. Мне не раз говорили, что в моем голосе иногда можно услышать перезвон горного ручья. Может, это и привлекло внимание прежнего императора.

– Это не лучшая идея, наложница Е.

– И все же, я верю, что это возможно, – ликуя от того, что мне не отказали сразу, еще более мягко, тихо проговорила я, глядя на мужчину из-под ресниц. Ну, давай! Разреши мне!

– Я должен обдумать это, – медленно произнес мужчина, не сводя с меня своего темного, непроницаемого взгляда.

Какое-то время в покоях висела тишина. Только тихое потрескивание ламп и стрекот проснувшихся насекомых, доносящийся сквозь открытые окна, нарушали покой.

– Через три дня я уеду из поместья, – голос генерала звучал спокойно, словно он сообщал хозяйке, что ближайшие дни его не будет. От такого перехода я в удивлении вскинула бровь, не очень понимая, что именно от меня требуется. Поговорить со слугами? Проследить, чтобы, в эти дни был порядок и готовили меньше еды? Это не мои обязанности. Я трофей. Ценная, но безмолвная вещица в чужом доме.

– Вас эта новость не радует? – край тонких губ дрогнул, давая намек на улыбку.

– Это меня не касается, – сдержано ответила я. Не стоит забывать о собственном положениини на минуту.

– Что ж, – Чжан сел ровнее. Лицо вновь стало суровым, словно высечено из камня.– Тогда давайте обсудим…